«Свобода никому не доставалась даром»
Андрей Григоренко — об отце и его наследии, судьбе крымских татар и будущем Украины![](/sites/default/files/main/articles/18062014/5dzhemilev.jpg)
Недавно в московском издательстве «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) увидела свет книга «Каждый выбирает для себя... Памяти выдающегося правозащитника генерала П. Григоренко». В сборнике представлены материалы и воспоминания об известном участнике диссидентского движения, основателе Украинской хельсинкской группы, члене Московской хельсинкской группы и разжалованным в рядовые советском генерал-майоре Петре Григорьевиче Григоренко. О новой книге «День» решил расспросить одного из ее составителей — сына генерала Андрея Григоренко.
Андрей Петрович оказался в эмиграции еще раньше своего отца — уже около сорока лет он проживает в США и, тем не менее, принимает активное участие в украинской общественной жизни, в частности пребывая в тесном контакте с активистами крымскотатарского движения. Ведь среди прочего именно борьбе за права крымских татар они вместе с отцом посвятили многие годы своей жизни. Помимо собственно книги разговор коснулся последних событий в Крыму и на востоке страны. Также Андрей Григоренко рассказал о своем видении общего прошлого и раздельного будущего Украины и России, поделился мыслями о болезнях постсоветского общества.
— Андрей Петрович, что побудило вас начать работу над новой книгой об отце?
— Сборник под названием «Каждый выбирает для себя...» был опубликован в Москве по горькой иронии одновременно с российским нападением на Украину и последующей за ним второй российской аннексией Крыма. Совпадение кажущееся случайным, тем не менее, символично, так как мой покойный отец приложил немало усилий для защиты многострадального крымскотатарского народа.
Я сожалею, что полная версия сборника, которая готовится к выходу в свет в Украине, пока не появилась в книжных магазинах. Она выйдет под другим, оригинальным названием «Человек, который не мог молчать... (Петро Григоренко глазами современников)». В силу гораздо большего объема украинский сборник, скорее всего, выйдет в двух томах. Новая книга составлена из воспоминаний разных людей об одной из центральных фигур Движения за права человека в несуществующем более СССР — ветеране Второй мировой войны, генерале, публицисте и общественном деятеле Петре Григоренко. Подавляющее большинство авторов лично знали покойного генерала. Исключения из этого правила сделаны для того, чтобы представить и точку зрения на общественную деятельность Петра Григоренко людей с ним не встречавшихся. Первоначально предполагалось, что этот сборник будет опубликован к столетию со дня рождения П. Григоренко. Однако различные обстоятельства, включая мою продолжительную болезнь, задержали выход книги более чем на пять лет. Причин, побудивших меня к созданию этого сборника, несколько. Наиболее важной является то, что за годы после крушения коммунизма выросло поколение молодых людей, не знающих времени коммунистического тоталитаризма. Новое поколение достигло зрелости и успело во весь голос заявить, что далеко не все их устраивает в режимах, установившихся на посткоммунистическом пространстве. Новое поколение ищет ответов на то, каким должно быть их будущее и каким путем к этому будущему идти. В то же самое время стало очевидным, что посткоммунистическое общество зачастую имеет весьма смутное представление о тех, кто противостоял молоху тоталитаризма, невзирая ни на драконовские репрессии, ни на клевету и шельмование в государственных средствах массовой информации. Тем не менее, я полагаю, что опыт тогдашнего противостояния тоталитаризму может быть полезен как нынешним, так и будущим борцам за права человека.
Другим побудительным мотивом являлась необходимость противопоставить искажениям прошлого действительные свидетельства участников борьбы за человеческое достоинство и право быть самим собой, а не автоматом homo soveticus (в просторечии «совком»).
В сборнике собраны как статьи российских авторов, так и украинских. Последнее я полагаю важным, так как украинская национально-демократическая мысль далеко не всегда получает причитающееся ей освещение. Тут, кстати, следует заметить, что оригинальные тексты написаны на английском, русском и украинском языках, а сборник пока выйдет только на русском. Украинские и английские тексты публикуются в моем переводе. Меня не покидает надежда, что сборник будет переиздан на украинском и английском.
«ГЛАСНОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ ТОТАЛИТАРНОЙ ВЛАСТИ БОЛЕЕ ЭФФЕКТИВНО, ЧЕМ ПОДПОЛЬЕ»
— Эволюция взглядов Петра Григоренко была долгим и непростым процессом. Подпольное мышление насаждалось властными структурами, и не мудрено, что такой образ мышления доминировал, и, боюсь, доминирует и поныне, в общественной жизни многих стран. В коммунистических странах единомыслие, доведенное до абсурда, просто толкало все ростки свободомыслия в подполье, где карательным органам было легко расправляться с такими бунтарями. Кроме того, подполье, являясь оборотной стороной диктатуры, зачастую пользуется методами сомнительной морали. Не имея обратной связи общественного контроля, подпольные организации имеют тенденцию перерождения в диктатуру, как много раз уже случалось в человеческой истории.
Разумеется это только мои соображения. Я вовсе не утверждаю, что это соображения моего покойного отца, но, тем не менее, мне представляется, что им руководили приблизительно такие же рассуждения. Я также не сомневаюсь, что собственный опыт отца сыграл катализирующую составляющую в его эволюции. Когда он выступил в 1961 году на московской партконференции, то разговоры и слухи об этом разошлись по всему СССР. Когда же в 1963 году мы разбросали листовки в нескольких городах, то никакой широкой огласке наша деятельность не получила. Даже по сей день мало, что известно о деятельности нашей подпольной группы. Иначе говоря, личный опыт подсказывал, что гласное противостояние тоталитарной власти более эффективно, чем подполье.
Ну и, наконец, вопрос моральной установки, успешно сформулированной самим Петром Григоренко: «Власть, родившаяся в подполье и вышедшая из него, любит в темноте творить свои черные дела. Мы же стремимся вынести их на свет, облучить их светом правды». Я думаю, что это соображение дает хорошую возможность перейти к современной ситуации в Украине. Украинская революция 2013 — 2014 годов стала ярким примером гласного противостояния коррумпированной и движущейся к авторитаризму политической системы. Иначе говоря, украинское общество достигло гражданской зрелости и отвергло систему подавления личности и неотъемлемых прав граждан. Вопрос о том породило ли всенародное выступление лидеров способных повести страну по пути столь необходимых, но, возможно, болезненных, реформ остается открытым. Я уверен, что не только мне очевидна незамедлительная необходимость освободить инициативу общества, ввести некоррумпированную законодательную поддержку мелкого предпринимательства, обеспечить реальное разделение законодательной, административной и судебной власти, эффективный контроль общества за деятельностью всех институтов власти, застраховать общество от произвольного и не одобренного обществом изменения Конституции страны, открытия по всей стране субсидируемых курсов украинского языка для всех желающих и введения обязательного обучения украинскому языку и украинской литературе во всех школах Украины.
— Почему, на ваш взгляд, так немного людей, в том числе среди интеллигенции, в современной России готовы высказаться против политики Путина в Украине?
— Прежде всего следует отметить, что открытое выступление против политики авторитарного государства чревато целым рядом опасностей. История также подтверждает, что любые революционные преобразования начинаются одиночками. По этой причине демократическое устройство общества зиждется на обеспечении прав меньшинств, гарантии свободы слова, религии и т.д. Авторитарные и в еще большей степени тоталитарные политические системы отличаются подавлением прав меньшинств и, разумеется, демократических свобод и гарантий. По вполне понятной логике подавление меньшинств приводит к тотальному подавлению общества и стагнации. Стагнирующее общество обречено и на экономическое отставание от систем с демократическим политическим устройством по той же причине — подавления инициативы. Если авторитарное общество не препятствует эмиграции, то существенная инициативная часть населения будет утекать в страны с более благоприятной для инициативных людей политической системой.
Возвращаясь к ограниченной поддержке российской общественностью Украины в ее противостоянии российской агрессии, следует не забывать, что Россия — страна с авторитарной политической системой, не изжитым семидесятилетним тоталитарным наследием, многовековым колониальною-империалистическим прошлым. Не стоит полностью сбрасывать со счета и подогреваемые интенсивной пропагандой шовинистические и ксенофобские настроения в обществе. Вторая российская аннексия Крыма вызвала у значительной части российского общества ура-патриотический энтузиазм и подняла до того достаточно низкий уровень одобрения Путина. По некоторым оценкам, до 80% российского населения восприняли крымскую авантюру как своеобразное вознаграждение за утрату империи. Я думаю, что не следует предполагать, что все 20% потенциальных российских друзей Украины выйдут на улицы с протестом против путинского режима. Тем не менее, протест против агрессивной политики Кремля вывел на улицы российских городов беспрецедентное для этой посткоммунистической страны количество протестующих.
Разумеется, репрессии против инакомыслящих в сегодняшней России зачастую мягче, чем в коммунистическом прошлом, однако они продолжаются как в рамках судопроизводства, так и за его пределами. Политические убийства и пытки стали постоянным феноменом российской жизни.
«ПРЕДЛАГАЮ ВНИМАТЕЛЬНО ПРОЧИТАТЬ ИСТОРИЮ О КАИНЕ И АВЕЛЕ»
— Как человек, который не понаслышке знает, что такое советская пропаганда, в чем вы видите ее сходство или отличие от информационной войны, которую Россия сегодня развернула против Украины? Почему, на ваш взгляд, последняя оказалась столь эффективной, несмотря на наличие Интернета и альтернативных источников информации?
— Первое что бросается в глаза, — это бесстыжая ложь, являвшаяся фундаментальной характеристикой советской пропаганды и являющаяся сегодня доминирующей характеристикой ее российской преемницы. И ту и другую также роднит ксенофобия и культивирование в массах чувства «осажденной крепости». Отличием современной российской пропаганды является откровенная националистическая и имперская пропаганда. Разумеется, что эти две компоненты присутствовали и в Советском Союзе, но они были более закамуфлированы болтологией об интернационализме.
Российская пропаганда эффективна по ряду причин. Первая — это то, что большинство людей, подпадающих под ее влияние, не имеют альтернативных источников информации или не желают такую информацию найти. Российская пропаганда против Грузии и Украины в значительной степени опирается на многовековые предрассудки, старательно культивировавшиеся как российской имперской, так и советской пропагандой. Предрассудки против Украины культивировались и за пределами империи. Могу привести такой пример: в 1975 году моя супруга и я учились на курсах немецкого языка. Немка-преподавательница однажды сделала опрос студентов об их национальности. Когда я ответил, что я — украинец, то она заявила, что такой нации не существует... Напомню, что Украина является членом ООН с момента образования этой организации. Протест моей супруги и двух канадских граждан вынудил директора курсов принести мне в присутствии всей группы извинение. И это отнюдь не единичный случай.
Вторая серьезная причина — это слабая контрпропаганда. Украина, увы, информационную войну России проигрывает. Обратите внимание, что Россия утверждает, что она не ведет войну против Украины, а Украина как будто эту околесицу принимает за чистую монету. Позвольте мне спросить: оккупация и аннексия Крыма — это что, игра в пятнашки? А российские наемники в восточных областях Украины — это российские туристы? Вещи должны называться своими именами. Россия формально объявила Украине войну и ведет ее вполне серьезно и профессионально. Тем же, кто утверждает, что война двух братских народов невозможна, предлагаю заглянуть в Библию и внимательно прочитать историю двух родных братьев, одного из которых звали Авелем, а другого — Каином.
«УВЕРЕН, ЧТО КРЫМСКОТАТАРСКИЙ НАРОД УВИДИТ ПОСЛЕДНЕГО РОССИЙСКОГО СОЛДАТА, ПОКИДАЮЩЕГО КРЫМСКУЮ ЗЕМЛЮ»
— Почему, на ваш взгляд, стала возможной оккупация Крыма? Как вы оцениваете ситуацию, в которой оказались сегодня крымские татары?
— Если оглянуться на российскую внешнюю политику, то нетрудно заметить, что дестабилизация Украины играла и продолжает играть в ней весьма заметную роль. До поры до времени, возможно, в силу пророссийской составляющей украинской внешней политики, Кремль не шел на открытую агрессию против Украины в уверенности, что ей можно управлять без прямой оккупации. Украинская революция 2013 — 2014 годов не просто пошатнула российско-украинский status quo, а привела к паническому страху, что Украина полностью уходит из-под российского влияния. Не стоит забывать о том, что популярность Путина в последние годы снижалась, а единственным беспроигрышным ходом могла быть только кратковременная успешная война с малыми потерями с российской стороны. Крым, с точки зрения Кремля, давал как раз такую возможность. Преступный шаг администрации Януковича предоставил России за сомнительные коврижки военный плацдарм на полуострове, никак не контролируемый украинской стороной. Путин также рассчитывал на существенную поддержку крымского населения, подавляющая часть которого оказалась в Крыму только во второй половине ХХ столетия, после депортации крымских немцев, крымских татар, греков и армян. Я подозреваю, что в вопросе поддержки крымского населения Путин просчитался, так как так называемый референдум был полностью бойкотирован крымскими татарами и значительной частью людей иного этнического происхождения — количество желающих принять участие в российском фарсе не достигло даже 35 процентов. На поле внутрироссийского потребления крымская авантюра принесла сиюминутные успехи путинской популярности. Видимо всероссийская тоска по империи слишком глубоко укоренилась в сознании. Что же касается Крыма, то великих торжеств там ожидать не приходится. Крымская экономика в течение последнего столетия плотно переплелась с экономикой континентальной Украины, и в настоящий момент проходит через болезненную ломку. Не стоит также забывать, что Крым является регионом, которому требуется экономическая поддержка. Сегодня же, в связи с резко уменьшившимся курортным бизнесом, экономическая ситуация выглядит совсем удручающе.
Крымские татары оказались в непростой ситуации. В украинском государстве проблема депортированных не была решена, но, тем не менее, процесс реабилитации национальной жизни крымскотатарского народа шел. Под российской оккупацией перспектива крымскотатарского возрождения не внушает особого оптимизма. Политические убийства, подготовка к фальсифицированным политически мотивированным уголовным преследованиям — вот что принесли в Крым российские штыки. Давать какие-то советы крымскотатарскому национальному движению из моего относительно безопасного далека я не считаю этичным. Знаю только, что мое сердце обливается кровью за этот многострадальный и героический народ. Я также уверен, что закаленный десятилетиями борьбы за свои законные права крымскотатарский народ найдет оптимальные способы противостояния оккупантам и увидит последнего российского солдата, покидающего крымскую землю.
— Как вы думаете, почему ваш отец так проникся судьбой крымскотатарского народа? Поддерживаете ли вы сейчас связи с его представителями?
— Мои родители вообще были отзывчивыми и не могли оставаться безразличными к людям в беде, а крымскотатарский народ как раз подвергся бедствию. Замечу, что и другие обездоленные получали от всей нашей семьи посильную поддержку. Обездоленных же в коммунистическом раю было сколько угодно. Депортации по этническому признаку начали коммунисты, а не нацисты, как это принято считать. Четырнадцать малых народов было депортировано с их традиционной национальной территории. Крымскотатарский народ был одним из четырнадцати, но практически единственным не получившим полной реабилитации и права репатриироваться. Моя жизнь также связана с борьбой крымских татар. Я принимал и принимаю посильное участие в борьбе за права этого народа. С середины шестидесятых годов прошлого века мне посчастливилось принимать участие в нескольких демонстрациях крымских татар, распространять правдивую информацию об их положении. Оказавшись в эмиграции, я продолжаю правозащитную деятельность. Я выступал свидетелем по крымскотатарскому вопросу на первых сахаровских слушаниях, по моему скрипту на австрийском телевидении был создан документальный фильм о судьбе крымских татар, я являюсь одним из учредителей Фонда «Крым», также многократно публиковал статьи о крымских татарах в прессе ряда стран, организовывал петиции в защиту активистов репатриационного движения. Мне удалось благодаря бескорыстной помощи профессора Питера Реддевэя организовать широкую кампанию в защиту Мустафы Джемилева.
Сейчас я нахожусь в постоянном контакте с крымскотатарскими активистами как в Крыму, так и за его пределами. С первых же дней независимости Украины я регулярно бываю в Украине, регулярно участвую в траурных мероприятиях 18 мая. Планировал быть в Крыму и в день семидесятилетия депортации, но вторая российская аннексия Крыма отменила мои планы. По горькой иронии Мустафа Джемилев и я принимали в тот день участие в симпозиуме, посвященном этому грустному юбилею. Симпозиум был организован Украинским научным институтом Гарвардского университета и проходил в Бостоне.
«ПЕРЕГОВОРЫ С ИНОСТРАННЫМИ НАЕМНИКАМИ МОГУТ ИДТИ ТОЛЬКО ОБ ИХ БЕЗУСЛОВНОЙ СДАЧЕ И ВЫДВОРЕНИИ ИЗ СТРАНЫ»
— Что следовало бы, на ваш взгляд, сделать Украине, чтобы предотвратить события на Донбассе? Как, вы считаете, нужно действовать сейчас?
— Во-первых, надо быть очень наивным, чтобы не видеть в том, что происходит на востоке Украины, результатов действий российских спецслужб. В боях в Донецкой области сепаратисты представлены российскими наемниками и руководимы офицерами ФСБ. Однако сказав это, я вовсе не хочу утверждать, что выбор места действия для российских спецслужб был случайным. Донбасс на протяжении десятков лет подвергался систематической русификации как в сфере образования, так и путем переселения людей, не знакомых с украинской культурой из регионов за пределами Украины. Переселенцы, вне зависимости от этнического происхождения и оторванные от собственных национальных корней, по логике, которую читателям «Дня» объяснять не надо, автоматически становились русскоговорящим населением. Другой фактор состоит в том, что в период независимого существования Украины социальная обстановка на Донбассе оставляла желать лучшего. Деструктивные силы внутри украинского общества социальное неустройство использовали в качестве козырной карты против украинского патриотизма. Одновременно разыгрывалась и «лингвистическая» карта, которую ни в коем случае нельзя сбрасывать со счетов.
Если мой анализ восточноукраинской ситуации близок к реальному положению вещей, то в первую очередь требуются безотлагательные законодательные решения, необходимые для умиротворения страны и направления ее на курс демократического развития. Вопрос языка действительно играет в умиротворении и консолидации нации значительную роль.
Весьма важным является направление экономического развития как востока страны, так и всей Украины в целом. Залогом успешного развития может быть только раскрепощенная энергия украинских граждан. Мелкое предпринимательство должно всячески поощряться законодательством при благоприятном налогообложении. Уже имеются разработанные технологии современной переработки угля, добычи сланцевого газа, атомной энергетики, получения энергии из восстанавливаемых источников, таких как ветер, этиловый спирт и т. д. Все это может начать стремительно развиваться при благоприятном законодательном и налоговом стимулировании.
Конечно, разрешение восточноукраинского конфликта не сводится к урегулированию языковых и социальных проблем. Присутствие на территории Украины иностранных вооруженных наемников вызывает необходимость и чисто силового, военного решения. Приходиться сожалеть, что боеготовность украинских вооруженных сил была приведена в удручающий упадок и реставрация армии и флота должна происходить в боевых условиях. Низкая боеготовность украинских вооруженных сил — это серьезная национальная проблема. Кроме того, что предыдущая администрация игнорировала нужды обороны, происходило и размывание военной доктрины, безответственно игнорировалась военная опасность с восточного направления. Преодоление разрухи в обороне страны — непростая, но жизненно необходимая задача. Украина находится в состоянии войны, что еще более усложняет решение этой задачи. Я уверен, что создание Национальной гвардии — разумное начинание. Я также надеюсь, что в новых силовых структурах будет преобладать дух украинского патриотизма. Тот же украинский патриотизм должен лежать в основах разумной национальной военной доктрины. У меня нет также ни малейшего сомнения, что силовые структуры должны быть реформированы и отвечать задачам демократического общества. Несмотря на трудности, государственная граница Украины должна быть незамедлительно укреплена и все пути доставки оружия и подкреплений из России должны быть перекрыты. Иностранные вооруженные формирования должны быть подавлены и удалены с украинской территории. Переговоры с иностранными наемниками могут идти только об их безусловной сдаче и удалении из страны. Я отдаю себе отчет, что военное решение потребует мужества и решительности украинских военнослужащих, но свобода никому не доставалась даром.
В заключение мне хочется пожелать Украине достойно пережить сегодняшние трудности, отбить российскую агрессию и полноправно вернуться в Европу, к которой она принадлежит.
Выпуск газеты №:
№109, (2014)Section
Подробности