Вопросы и ответы:
субъективный взгляд на объективные вещиМожете считать меня пессимистом, но я лично себя считаю реалистом. А потому в ответ на вопросы, какими должны быть сегодня механизмы контроля над властью со стороны общества в Украине, отсылаю собеседника к Гегелю. Тот в свое время утверждал: если на вопрос нет ответа, это значит, что он поставлен неправильно.
И в самом деле: по моему убеждению, в условиях нынешнего властного режима никакие механизмы не сработают — потому что они и действующий властный режим априори несовместимы. Скажите, какой мог бы быть контроль народа за властью Сталина? Или Трухильо? Или Ким Чен Ира? В Египте вон что вышло на финише президентства Мубарака, а это же совсем другого типа фигура, это не диктатор, это образованный авторитарный правитель, боевой маршал, который на момент вступления в должность не был замечен ни в одном коррупционном деянии. Но природа определенного типа режимов такова, что она — как в случае с большевиками — выбрасывает на политическую обочину и приводит к смерти таких, как Бухарин и Скрипник, то есть деятелей нетоталитарного пошиба, и в то же время возносит Сталина и Постышева. А в египетском случае — превращает через 30 лет правление энергичного реформатора и борца с коррупцией в коррупционера и олицетворение застоя.
Поэтому нужно решительно менять и конструкцию властного механизма, и сам политический режим, и персонажей, которые в настоящее время во главе страны. А вместе с тем следует строить механизмы контроля. В общих чертах это должны быть мощные структуры гражданского общества и независимые СМИ, а еще — система местного самоуправления. Ну, и политическая элита должна быть принципиально другой. У нас в начале 1990-х она была, как это ни странно, значительно качественнее, чем в настоящий момент. Тогда еще не было «майбахов» и «мерседесов»...
Но все это не может быть стойким, пока в стране нет массового платежеспособного гражданина. К кризису 2008 года у нас он так-сяк прозябал, потом — начал погибать. И нынешняя власть не даст ему опять стать на ноги, потому что не забыла, как в 2004 году именно эти слои населения дали Януковичу под зад. Поэтому, какой именно механизм, говорите вы? Сегодня нет иного, чем тот, о котором говорится в Декларации независимости США, — восставший народ. Я вовсе не призываю к вооруженной борьбе — восстание может быть мирным, каким оно было в свое время в колониальной Индии под руководством Индийского национального конгресса. Более того: мирное восстание сегодня более эффективно, потому что вызывает симпатии во всем мире. Но оно должно стать массовым и хорошо организованным.
При действующих обстоятельствах теряет смысл и другой сакраментальный вопрос: какие изменения нужно внести в Конституцию Украины, чтобы она заработала? Ведь в действительности действующая Конституция после того насилия, которое совершено над ней и от ее имени, умерла. Она нелегитимна и по формальным причинам (нигде в мире еще никому не удавалось изменять тело Основного Закона по решению суда), и по смысловым (это отдельная тема — содержание). Нужна новая Конституция. Но принятая уже после устранения действующего режима. Иначе будем иметь еще одну «сталинскую конституцию» — номинально в чем-то даже красивый документ, за ссылку на который в защите своих прав ты мог быть отправлен в ГУЛАГ.
С этим вопросом непосредственно связано и другой, не менее жгучий: как реформировать партийную систему в Украине в интересах народа? Очень просто. Какие партии сложатся в ходе борьбы за устранение действующего режима, те и должны стать основой политической системы. А всевозможные группировки, которые в действительности являются или типичной пятой колонной иностранных государств, или «крышей» над криминальным бизнесом, должны быть запрещены. Так же, как и искренние украинские нацисты (социал-трудовики, скажем). Потому что это не националисты, а откровенные расисты, которые компрометируют Украину и разрушают ее перспективы.
И как раз путем борьбы за свободу и достоинство будет происходить объединение украинской нации. Других путей не бывает, другие пути искусственны. Кстати, никто не задумывался, почему был таким высоким результат референдума 1991 года в поддержку независимости? Потому что он вырос как раз на гребне такой борьбы. К сожалению, тот результат и то единство практически не были использованы...
Еще один сакраментальный вопрос, который тревожит политически ангажированных граждан, — это то, как отделить власть от бизнеса. Как по мне, сначала нужно, согласно рекомендациям Нобелевского лауреата Джозефа Стиглица, существенно пересмотреть результаты крупной приватизации, потому что иначе мы вообще не будем иметь эффективной экономики. У кого-то такой тезис может вызывать ужас, но рекомендую им обратиться к обоснованию этих положений всемирно известным экономистом. Потом следует уничтожить саму возможность выведения в оффшоры денег из Украины и по возможности повернуть хотя бы часть уже выведенных средств. Следующий шаг — внедрить (как, кстати, и было предусмотрено так называемой политреформой, но не воплощено в практику) государственное финансирование парламентских политических партий и — на региональном уровне — тех политических сил, которые представлены в облсоветах и Киевраде, по спискам. Потому что 3% голосов можно получить и на энтузиазме, фактически без денег, однако стабильная партийная деятельность требует финансов, и лучше в основе их будут лежать бюджетные (то есть народные) деньги в соответствии со степенью народной же поддержки этой партии, чем средства олигархов и криминала.
При этом все партии должны основывать свою деятельность на принципах общей метаидеологии, то есть «надстройки» над сугубо партийными идеологиями. Это должна быть, если коротко, государственная метаидеология. Как в Финляндии в 1930—1940-х или в Польше в 1990-х годах. Такая, которая шире любых партийно-политических преференций и работает на выведение страны из системного кризиса, на ее утверждение как независимой и демократической. Это вполне реально, как и все, о чем шла речь.
Выпуск газеты №:
№41, (2011)Section
Подробности