Мы все еще спасаем дистрофию тел, а за прогрессирующей дистрофией душ - нам все равно.
Василий Стус, украинский поэт, переводчик, прозаик, мыслитель, правозащитник,

По дорогам Восточной Германии

2 сентября, 2010 - 18:49
ЗАМОК-ДВОРЕЦ В ЦВИНГЕРЕ. ЗДЕСЬ НАХОДИТСЯ ИЗВЕСТНАЯ ДРЕЗДЕНСКАЯ ГАЛЕРЕЯ
РУИНЫ ЗАМКА ЗААЛЬЕК
КАЗАК В ДРЕЗДЕНЕ
ЦЕНТР ГАЛЛЕ

ЛЕЙПЦИГ/ЛИПСК

В Лейпциг я попал утром в субботу. Город только просыпался. На улицах было безлюдно. Хотя со временем я убедился, что многолюдья в Лейпциге почти нет — даже на центральных улицах. Зато очень много пространства.

Первые впечатления от города трудно назвать положительными. Окраины не радовали «царскосельской красотой», которая так характерна для наших городов. Зато попадались старые дома с забитыми окнами. Потом я узнал, что есть люди, которые живут в старых запущенных домах. Но живут бесплатно. Даже государство дает им какую-то дотацию. Видел и ремонт дороги в утреннем Лейпциге. Такое тоже есть в Германии.

Немного официальной информации о Лейпциге. Он считается самым большим городом Саксонии. В период раннего средневековья эта земля была заселена славянскими племенами. Правда, позже ее германизировали. Не удивительно, что немало населенных пунктов этого региона имели древние славянские названия. Не был исключением Лейпциг. На месте слияния двух рек Эльстера и Парте, где ныне находится город, где-то в VII—VIII вв. возникло поселение Липск — то есть место, где растут липы. Впервые же городок Липск был упомянут в церковной хронике в 1015 году.

Саксония, в том числе и Лейпциг/Липск, была тесно связана со славянскими землями — прежде всего Чехией и Польшей. Находясь на перекрестке важных торговых путей, формировался он как город торговли и коммуникации. Уже в 1165 г. ему было предоставлено право рыночной торговли. В 1268 году Лейпциг получил привилегию «города-ярмарки». Со временем как торговый центр он стал известен во всей Европе. И сегодня разнообразные выставки-ярмарки в Лейпциге собирают людей со всего мира.

Торговля, так или иначе, была связана с коммуникациями. Поэтому в Лейпциге рано начало развиваться книгопечатание, которое положило начало т. наз. третьей коммуникативной революции. В 1481 г. здесь была напечатана первая книга. Город быстро стал центром книгоиздания — и не только немецкого. Например, в Лейпциге в 1859 г. вышел сборник «Новые стихи Пушкина и Шевченки», куда вошли запрещенные стихотворения этих двух великих поэтов Славянщины. Еще в 1662 г. в городе начала выходить первая в мире ежедневная газета. Здесь также впервые положили начало изданию книг карманного формата.

А где книги, там и библиотеки. В Лейпциге находится одна из крупнейших немецких библиотек — Дойчен Бюхерай. Там же, в ее помещении, находится Немецкий музей книги и шрифтов. Кроме того, в Лейпциге есть Мастерские и Музей полиграфического искусства. А еще в городе находится одна из лучших и крупнейших университетских библиотек Альбертина, где умело сочетается дух древности с новейшими технологиями. Здесь же проводятся разнообразные интересные акции и выставки. Когда я побывал в Альбертине, там были выставлены древние египетские рукописи.

Стоит обратить внимание и на книжные магазины Лейпцига. Опишу один из книжных магазинов под названием «Леманнс», который находится вблизи Лейпцигского университета. Сюда любят часто заходить студенты. И не обязательно, чтобы что-то купить. Заходят полистать книги, почитать их и... попить кофе. В «Леманнсе» кофе очень дешевый и вкусный. Упомянутый книжный магазин находится на трех этажах. На первом преимущественно размещена художественная литература — выбор на любой вкус. Хочешь — бери историческую беллетристику (здесь ее предостаточно!). Хочешь — детективы (этого, вероятно, больше всего). Или — классику, фентези... Есть даже отдел поэзии. Оказывается, в Германии не только пишут стихи, но и пытаются продавать поэтические сборники. На втором этаже детская литература (глаза просто разбегаются!), а также разнообразные подарочные издания. Третий отведен под научную литературу.

На каждом этаже есть продавцы-консультанты, которые сидят около компьютеров и мгновенно в электронной базе находят нужную вам книгу. Я поинтересовался, а какие есть переводы с украинской литературы. Честно говоря, не густо. Это и не удивительно. Ведь разве наши государственные институты профессионально занимаются пропагандой и распространением украинской культуры за рубежом, как это, например, делают немцы? Странно, что есть хоть что-то наше. И это что-то появляется благодаря отдельным украинским авторам, которые работают за рубежом. Кое-кто вспоминает их и злым, и не тихим словом, обзывая грантоедами и т. п. Но реалии таковы: именно благодаря им украинская культура, в частности, литература, хоть как-то представлена за рубежом.

Но книга — старое средство массовой коммуникации. А Лейпциг всегда пытался идти в ногу со временем, совершенствуя книгу, газетное дело. Ныне этот город современных средств массовой информации. В Лейпциге находятся сотни масс-медийных предприятий — издательств, типографий, рекламных агентств, радио, телевидения и т.п. Самым крупным коммуникационным предприятием в городе является общественное радио и телевидение Саксонии, Тюрингии и Саксонии-Ангальта. Находится оно в большом многоэтажном помещении, которое имеет форму раскрытой книги. Здесь его, шутя, называют зубом мудрости.

Также в Лейпциге проводится подготовка высококвалифицированных специалистов в сфере современных масс-медиа. В частности, этим занимается Высшая школа техники, науки и культуры (ГТВК). Мне показали медиа-центр, недавно построенный в этой Высшей школе. На его строительство и оборудование израсходовали 60 миллионов евро — цифра просто фантастическая для наших университетов. Не нужно говорить, что в этом медиа-центре новейшее оборудование. Это и типография, и теле- и киностудия. Студенты ГТВК изготовляют печатную продукцию, готовят телепередачи, снимают кинофильмы. В коридорах медиа-центра стоят телевизоры, где демонстрируются снятые студентами телепередачи. Кстати, очень качественные.

Развитие торговли, а также коммуникационных средств создавали и создают в Лейпциге благоприятную атмосферу для культурной жизни. Город издавна привлекал к себе художников. По крайней мере, много знаковых фигур немецкой культуры, так или иначе, связаны с Лейпцигом.

Хорошо известна лейпцигская Томаскирхе (церковь святого Томаса). Она относится к самым древним церквям города. Сначала ее построили в романском стиле. Однако в конце XV в. перестроили в стиле поздней готики. При церкви существовал прекрасный хор мальчиков, первое упоминание о котором относится еще к XIII в. Своей славой Томаскирхе в значительной мере обязана Иоганну Себастьяну Баху, который был кантором (музыкальным руководителем) хора этой церкви с 1723 по 1750 годы. Тогда этот хор насчитывал 54 певчих. Сейчас — 100. Основная миссия хора — хранить наследие Баха. По пятницам и каждую субботу можно услышать его выступления в Томаскирхе. А еще — услышать величественную органную музыку. Правда, орган не сохранился со времен Баха. Ныне в церкви используется новый орган, специально сделанный в 2000 году к 250-й годовщине со дня смерти великого композитора.

Пример Томаскирхе показывает, как традиция порождает гениев, а гении, в свою очередь, усиливают традицию. Наконец, традиция — великая сила. Кстати, у хора мальчиков при этой церкви были известные канторы и до, и после Баха.

Однако не только Томаскирхе и Бахом, памятник которому находится недалеко от этой церкви, знаменит Лейпциг. С городом был связан всемирно известный классик немецкой литературы Иоганн Вольфганг фон Гете. В 1765—1768 гг. он, будучи молодым человеком, изучал право в Лейпцигском университете. В нескольких шагах от университета находился такой себе винный подвальчик Ауэрбахскеллер. Туда молодой Гете часто заходил. И, похоже, художника вдохновляла его атмосфера. Одна из известных сцен знаменитого «Фауста» происходит именно в Ауэрбахскеллере.

Сейчас Ауэрбахскеллер заметно отличается от того подвальчика, который посещал Гете. Это огромный ресторанный комплекс. Правда, здесь присутствует «дух Гете». Войдя туда, сразу замечаешь такие себе чучела Фауста и Мефистофеля на бочке. В Ауэрбахскеллере даже ставили рок-оперу «Фауст». Вообще стоит сказать, что в Германии достаточно органично совмещаются рестораны, магазины и культурные институты. И делается эта не только ради примитивной коммерции. Хотя и коммерция тоже присутствует.

Недалеко, буквально в нескольких шагах от Ауэрбахскеллера, находится Кофебаум (Дом кофе). Это кафе, основанное еще в 1718 г., посетило немало знаменитостей — И.В.Гете, Г.Э.Лессинг, Ф.Лист, Р.Вагнер и другие. Однако кафе стало известным, прежде всего, благодаря композитору Роберту Шуману (1810—1856), который регулярно в течение семи лет встречался здесь с композиторами и поэтами. Сейчас Кофебаум — это не только кафе, где можно заказать кофе, а также разные сладости к нему (в том числе и фирменный торт «Шуман»). Это также музей с соответствующими экспозициями, где рассказывается история этого заведения.

Кроме уже упоминавшихся знаменитостей (Баха, Гете, Шумана) в Лейпциге жило еще немало выдающихся деятелей немецкой культуры. Здесь родился Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646—1716) — всемирно известный математик, философ и юрист, физик и техник, историк и лингвист. Словом, человек энциклопедических знаний. Он изучал право и философию в университете родного города. Ныне около помещения университета находится памятник этому выдающемуся ученому. В этом же университете учился Готгольд Эфраим Лессинг (1729—1832) — известный немецкий поэт, философ и литературный критик. В Лейпциге бывал один из самых выдающихся немецких писателей-романтиков Фридрих Шиллер. Сохраняется дом-музей писателя, где он жил в 1785 году и где написал знаменитую «Оду к радости», положенную на музыку Людвигом ван Бетховеном. Здесь же, в этом доме, Ф.Шиллер начинал писать драму «Дон Карлос». В Лейпциге свои молодые годы провел известный немецкий композитор Рихард Вагнер (1813—1883). Некоторое время он учился у кантора хора Томаскирхе Теодора Вайнлига. Можно назвать еще ряд имен выдающихся немецких деятелей, связанных с Лейпцигом. Но не стоит утомлять читателей. И все же одно имя лейпцигской знаменитости назову — Ангела Меркель, нынешний канцлер Германии. Она — выпускница Лейпцигского университета.

Сам же Лейпцигский университет считается одним из самых старых вузов Германии. Основан был студентами и профессорами Пражского университета еще в 1409 г. Ныне в нем учится более 20 тысяч студентов. Университет играл и продолжает играть важную роль в истории города.

Вероятно, давние культурные традиции Лейпцига, мощная интеллектуальная (в частности, университетская) среда стали не последними факторами того, что город положил начало мирной революции в 1989 г. в тогдашней Германской Демократической Республике. Центром сопротивления стала... лютеранская церковь Николайкирхе, расположенная в центре города. В ней начали проводить Молитвы за мир, на которые сходились тысячи людей (и не только из Лейпцига). Пытаясь не допустить демократических преобразований, власть прибегла к провокациям и насилию — 7 октября в 1989 г. произошло массовое избиение людей полицией (как раз в день 40-й годовщины создания ГДР). Через два дня в Николайкирхе проводилась очередная Молитва за мир. Церковь, рассчитанная на две тысячи человек, была заполнена до отказа. Правда, среди собравшихся было немало партийцев и работников спецслужбы (Штази), которые получили задание не допустить беспорядков. Когда молящиеся вышли из церкви, на площади их ждали десятки тысяч людей с зажженными свечами. Их лозунгом стало «Вир зинд фольк!» («Мы народ!»). Казалось, простые, но емкие слова. Власть после запугиваний, массовых арестов не ожидала проявления солидарности стольких людей — да еще и в мирной, христианской форме. Один из высокопоставленных немецких чинов тогдашней ГДР перед своей смертью признался: «Мы все спланировали. Мы ко всему были готовы, но не к свечам и молитвам». Немцы продемонстрировали, что они действительно являются народом/нацией и никакие репрессии им не страшны. Власть должна была уступить.

После мирной революции в Восточной Германии относительно легко покончили с социалистическим режимом (де-факто — советской оккупационной властью). Хотя в ГДР, как ни в какой стране «социалистического лагеря», существовал жесткий контроль над населением. Достаточно привести одну просто фантастическую цифру — на десять жителей страны приходился один сотрудник Штази. В городах Восточной Германии ныне находятся музеи Штази, которые детально рассказывают о работе этой спецслужбы. В лейпцигском Штази-музее мне удалось побывать.

Вообще здесь немало музеев — красивых и разных. Как и архитектурных сооружений, памятников. Например, в центре бросается в глаза 115-метровая ратушная башня, которая считается самой высокой в Германии. Еще одним помпезным помещением Лейпцига является Рейхсгерихт (Имперский суд). В кайзерской Германии и Веймарской республике здесь находились высшие органы судебной власти. Сейчас — Федеральный конституционный суд Германии, один из восьми главных судов страны. И — что удивительно — к этому помещению можно спокойно подойти. А самое удивительное то, что на площади перед ним и вокруг совсем нет крутых автомобилей. Зато полно привязанных велосипедов.

Самым помпезным памятником Лейпцига является Фолькершляхтденкмаль (Памятник битвы народов). Этот величественный монумент высотой 91 метр и весом около 300 тысяч тонн был построен из 26 тысяч каменных глыб в 1913 г. — к столетию битвы между наполеоновскими войсками и войсками союзников, которые воевали против Франции. В этой битве сошлось до 500 тысяч воинов. Победили союзники, силы которых заметно превосходили французские.

Огромные средства, затраченные на строительство Фолькершляхтденкмаля, тратились не случайно. В 1913 г. уже пахло войной. Германия собиралась сойтись с Францией. Вот и нужно было напомнить кайзерской Германии о победе над французами под Лейпцигом.

Лично на меня Фолькершляхтденкмаль произвел гнетущее впечатление. Имперская архитектура, которая своим величием просто давит человека. Не захотелось ни подниматься на вершину этого чуда, ни посещать музей, который находится в памятнике.

И все же один памятник Битвы народов я посетил. Это — храм святого Алексея, который принадлежит Русской православной церкви. Он был тоже построен в 1913 г. как раз недалеко от Фолькершляхтденкмаля. Строился на российские деньги. И тоже как напоминание — мол, не трогайте нас, потому что сделаем то, что сделали с французом в 1813 г. Сам храм не был рассчитан на большое количество людей. Зато он высокий и виден издалека — почти, как Фолькершляхтденкмаль.

За вход в церковь святого Алексея нужно платить. Будто и немного — лишь одно евро. И все же. Ни в каких других храмах Германии я не видел, чтобы вход в них был платным. Видать, у русских батюшек больше развита коммерческая жилка, чем у их немецких коллег.

При входе в церковь святого Алексея надпись-информация о том, сколько и из каких стран были участники Битвы народов. В союзнических войсках российских солдат (не обязательно русских!) было больше всего. И их больше всего погибло на поле брани. Что же, и тогда мы имели маршалов жуковых, которые воевали не умением, а числом. Но досаднее всего то, что те «российские» солдаты воевали за деспотический режим, который и им, и их семьям часто нес страдания и беду.

Можно много говорить об архитектуре Лейпцига, его исторических памятниках. Однако не только и не столько этим поражает город. Поражает зеленью, огромным количеством зеленых насаждений. Собственно, к центру примыкает огромная территория парка им. Клары Цеткин. (Пусть вас не удивляет это название. Памятники социализма на территории бывшей ГДР все-таки попадаются. Правда, они, скорее всего, исключение, а не правило, как у нас.) При желании можно из одного конца Лейпцига в другой проехать на велосипеде через парковые и даже лесные зоны, где в специально огражденных местах живут дикие звери (волки, лисы, кабаны и тому подобное). На окраинах города есть немало искусственных озер. Самое большое из них, Каспуденерзее, не хуже нашего Свитязя. А по уровню рекреационной инфраструктуры намного лучше.

Настоящим чудом является Лейпцигский зоопарк — один из самых больших зоопарков Европы. Находится он, кстати, в десяти минутах ходьбы от старой части города. Его площадь 22,5 гектара. Одних животных здесь около тысячи видов, не считая рыб и беспозвоночных. Ходить по зоопарку можно часами. Звери здесь большей частью живут не в клетках, а в условиях, близких к природным. От зрителей они преимущественно отделены или толстым стеклом, или искусственными водоемами.

В зоопарке очень много детей с родителями. Иногда их возят на специальных маленьких деревянных колясках, которые выдаются при входе. Зоопарк — место семейного отдыха. Правда, плата за вход в него не такая уже и маленькая — 13 евро. Однако вы можете приобрести абонемент за 50 евро и ходить туда на протяжении года, когда вам заблагорассудится.

Знаете, я не раз чувствовал разницу в отношении к природе у нас и у них. В парке имени Клары Цеткин мог спокойно подойти к диким уткам, которые сидели около воды, и (о, чудо!) они не пугались, там же ко мне доверчиво подбегали белки, а в ресторане, в зоопарке, на стол уселась немаленькая ворона — будто она здесь хозяйка. Такое впечатление, что в Германии братья наши меньшие не боятся людей — не так, как в Украине. Хотя, конечно, мы, украинцы, люди добрые.

ДРЕЗДЕН/ДРЕЖДЖАНЫ

В Дрезден я хотел поехать по нескольким причинам. Во-первых, Дрезденская галерея с ее знаменитой Сикстинской мадонной. А, во-вторых, слишком много ниточек связывают этот город, столицу Саксонии, с нами. Дело не только в том, что когда-то, в первой половине XVIII века, «короли Сасы», то есть саксонские курфюрсты, правили Речью Посполитой, в состав которой входила значительная часть украинских земель. Кстати, в народном сознании поляков времена «Круля Саса» трактовались как хорошие времена. Когда-то по улицам Дрездена ходил уроженец украинского Полесья Тадеуш Косцюшко. Очутился он здесь из-за романтической истории: хотел похитить любимую девушку, но это ему не удалось, и вынужден был бежать, потому что за попытку похищения ему грозила смертная казнь. Надеялся наняться офицером в саксонское войско. Однако его не взяли. Может, и хорошо, что так вышло. Направился тогда Косцюшко в Америку, стал там героем. А после Америки еще прославился в Польше. Или вот Петр Столыпин, известный русский реформатор. Родился в Дрездене. А жизненный свой путь закончил (трагически!) в нашем Киеве. В целом таких ниточек можно отыскать много.

Саксония со своим столичным Дрезденом — не очень «правдивая» Германия. Хотя, собственно, а что такое «правдивая» Германия? Каждая земля (регион) в этой стране имеет свое лицо, свою специфику. Немцы в эпоху Средневековья построили эдакую себе «демократическую империю». И хотя имели императора, однако его власть была достаточно ограниченной, а каждый правитель (курфюрст, граф, герцог и так далее) де-факто был независимым правителем. Такой политический строй консервировал разнообразие Германии. И хотя в «период национализма» (XIX—XX вв.) произошло некоторая унификация страны, все равно региональные отличия остаются. Это «единство в разнообразии» придает Германии какого-то шарма, делает ее интересной и, в то же время, культурно богатой.

Выдающийся русский историк С.Соловьев в «Наблюдениях над исторической жизнью народов» говорил о Саксонии как о «украине» Германской империи. И, кажется, небезосновательно. Действительно, Саксония в древности была заселена славянскими племенами. Существует серболужицкое название города — Дрежджаны. А поляки именуют его Дрезно. Город находится близко, на расстоянии около 20 километров, от чешской границы. Потом я убедился, что в городе можно встретиться со славянскими элементами. Хотя он, без сомнения, остается немецким.

Центр города в значительной мере был застроен в первой половине ХІІІ века, когда Саксония переживала подъем. Саксонские курфюрсты тогда не только правили Речью Посполитой, но и претендовали на первенство в Священной Римской империи немецкой нации. Соответственно, у них были имперские амбиции. И они перестраивали Дрезден как имперскую столицу. Когда оказываешься в старой части города, эта имперская помпезность особенно ощутима — замок-дворец Цвингер, оперный театр Земпера, большие фонтаны, в которых, собственно, и нет особой нужды...

Знаменитая Дрезденская галерея, расположенная в Цвингере, — это тоже результат имперских амбиций. Основная коллекция галереи была собрана саксонскими курфюрстами и, в то же время, королями Речи Посполитой Августом Сильным (1697—1733) и его сыном Августом, которые правили соответственно — в 1697—1733 и 1733—1763 гг. На это пошло около 50 лет и были истрачены огромные средства.

Непростой была судьба галереи во время Второй мировой войны и после нее. Основной фонд был эвакуирован, а помещение пострадало во время бомбардировок. После войны картины как трофеи были вывезены в СССР. Однако спустя каких-то десять лет их вернули. В 1960 г. помещения галереи полностью отстроили, разместив в ней экспозицию.

В настоящий момент галерея занимает три этажа. Находятся здесь холсты западноевропейских художников, начиная с XIV в. и заканчивая ХІІІ в. В основном представлена итальянская, немецкая, голландская, французская и испанская живопись. Есть там немало картин, которые стали «хрестоматийными», в частности, художников Ренессанса, знаменитого Рембрандта и других.

Когда я ходил по залам галереи, не раз ловил себя на мысли, что есть что-то общее между пышностью архитектуры старого Дрездена и пышностью (иногда на грани безвкусицы) полотен галереи. Со временем начало рябить в глазах от этого «величия», бесконечного ряда обнаженных тел (часто далеко не идеальной формы), ангелочков, бахусов и т. д. и т. п. Кто знает, наверное, имперскость (по крайней мере, в ХІІІ в.) предусматривала такую эстетику и такую эротичность.

Конечно, оценка произведений искусства — вещь субъективная, которая зависит от образования, вкусов, мировосприятия, в конечном итоге, и национальной принадлежности. Именно в Дрезденской галерее, стоя около «хрестоматийных» полотен, у меня не раз возникала мысль, насколько «объективно» оценивают искусствоведы те или иные картины, нет ли в этих оценках «пиара». В конечном итоге, почему мы не занимаемся «пиаром» своего художественного наследия, которое, возможно, ничем не хуже этой имперской помпезности. По крайней мере, для нас. И не только для нас.

Вот с такими мыслями очутился я перед Сикстинской мадонной. Честно говоря, был разочарован. Огромное полотно, которое трудно охватить зрением. Да еще и под стеклом. Почему-то я обратил внимание на ангелочков внизу картины. Вероятно, они для того, чтобы заполнить пространство. Однако именно этот элемент является наиболее популярным. Этих ангелочков рисуют на кружечках, записных книжках, календариках, которыми широко торгуют в Дрезденской галерее. Даже на моем входном билете красовалась эта сладкая парочка.

Бросилось в глаза то, что в галерее большая концентрация российских туристов. Позже я узнал, что именно галерея один из наиболее посещаемых ими объектов. В чем же причина? В том, что новые русские успешно освоили Карловы Вары в Чехии (это совсем близко от Дрездена) и совмещают свое лечение на водах с приобщением к высокому искусству? Или, может, по душе им имперская эстетика Дрездена?

Однако не думайте, что лишь россияне «оккупировали» Дрезден. Есть здесь и нашего украинского брата. В это трудно поверить, но в центре города под огромным панно, где изображены саксонские курфюрсты, я увидел украинского казака с бандурой и в соответствующем облачении. Даже нашивку имел с надписью «Українське козацтво». И зарабатывал этот кобзарь-казак себе на хлеб насущный украинскими песнями.

Однако имперский центр Дрездена — это еще не весь Дрезден. Относительно центра, то история его такова. Во время Второй мировой он, как и город в целом, были разрушены бомбардировками. Решено было центр очистить от руин, вывести их за город и на расчищенной площадке, используя уцелевшие материалы, постепенно восстанавливать исторические памятники. Конечно, на это пошли годы. Между тем, вокруг расчищенной площадки строился современный город. Поэтому, покинув старый Дрезден, ты будто попадаешь в другой мир.

Возможно, дрезденцы, чтобы компенсировать имперскую пышность центра, показательно демонстрируют открытость и демократичность. Так, совсем неподалеку от Цвингера находится помещение земельного парламента (ландтага) Саксонии. Сделано оно из стекла и бетона. Место, где заседают депутаты, полностью просматривается со всех сторон благодаря большим окнам. А еще около ландтага можно спокойно сесть на скамью (никакой полицай тебя отсюда не выгонит!) и наблюдать за Эльбой (славяне эту реку именуют Лабой). Настоящая демократия!

ШТРАССЕ ДЕР РОМАНИК

После Дрездена мне предложили проехаться Штрасе дер Романик. Собственно говоря, не полностью ею, а лишь небольшой ее частью. Вероятно, чтобы разведать ее, нужен не один день, и даже не одна неделя. Она проходит не только по Германии, но и по другим странам Европы.

Что это такое — я и сам не знал. Ведь в наших туристических справочниках о Штрассе дер Романик вы не найдете ничего. Или почти ничего. Это города, городки, даже села, где расположены достопримечательности романской архитектуры, которые дошли до нас со времен раннего Средневековья. Потом, уже в Германии была готика, ренессанс, барокко.

Собственно, романская архитектура это будто бы и не совсем немецкое явление. Хотя, как по мне, без этой архитектуры и культуры трудно понять Германию. Романика — это подражание архитектурным (и не только архитектурным) образцам древнего Рима.

Немцы долгое время противостояли Римской империи. И именно они сыграли чуть ли не главную роль в ее падении. Но, уничтожив это государство, пытались (хорошо или плохо) подражать его культурным и политическим традициям. На обломках Западной Римской империи немецкие правители создали Священную Римскую империю. Правда, она была не столько римской, сколько немецкой. Да и по большому счету, назвать ее империей сложно. Скорее, это была конфедерация независимых или полузависимых государств.

Романская архитектура и культура — будто отображение той ситуации, в которой оказалась Германия в период раннего Средневековья, когда, собственно, шел «поиск себя», своей политической и культурной самоорганизации, когда, образно говоря, в старые мехи вливалось новое вино.

Мое знакомство с немецкой романикой началось со старинного местечка Мерзербург, которое неподалеку от Лейпцига. Во времена Средневековья это был один из важных политических центров Германии, одна из резиденций императора. В период с Х по ХІІІ в. город не раз принимал высоких гостей: 69 раз бывал здесь император со своим двором, 26 раз проходили имперские рейхстаги.

В Мерзербурге в хорошем состоянии сохранился старинный замок (правда, это не чистая романика, есть здесь наслоение готики). Находится он на скале у реки Заале. Есть в Мерзербургском замке своя фишка — клетка с двумя большими черными воронами. Вообще черный ворон будто бы символ Мерзербурга. Существует такая легенда. Когда-то Мерзербург был епископской резиденцией. Один из епископов имел верного слугу. Но как-то у этого епископа исчез перстень. Обвинили слугу, хотя тот отрицал свою вину. Тем не менее, его казнили. Спустя некоторое время перстень нашли. Оказывается, его украл черный ворон. С того времени на гербе Мерзербурга красуется отрубленная голова слуги (такое себе восстановление исторической справедливости). А ворон, соответственно, стал символом города.

Интересен кафедральный собор Мерзербурга своей библиотекой. В нем сохраняются оригиналы рукописей Х в. — языческие заклинания, записанные на древненемецком языке. Это действительно уникальные памятники письменности, чего-то подобного в Германии нет.

В целом же Мерзербург — живописное местечко. Здесь вы можете встретить дома разных архитектурных стилей, начиная с романики и заканчивая стандартизированной современной архитектурой. Именно в Мерзербурге я почувствовал дух глубокой древности. Дело в том, что достопримечательности Штрасе дер Романик — аутентичны. Они, преимущественно находясь в небольших населенных пунктах, не были разрушены во время Второй мировой войны.

После Мерзербурга наша дорога пролегла во Фрайбург. Особенно рекомендую это местечко любителям древности. Над ним возвышается живописный замок, где, согласно легендам, похоронен знаменитый император Фридрих Барбаросса. Несмотря на отдаленность замка, он живет своей жизнью. Здесь есть музей, магазин сувениров и даже ресторан. Каждый год в замке проводятся фестивали, где звучит средневековая музыка, происходят рыцарские турниры и тому подобное. В магазине, рядом с широким выбором сувениров, предлагались также настойки и вино из этого региона.

Самым главным на моей Штрасе дер Романик был Наумбург. Здесь уже можно было встретить группки туристов — не только из Германии, но и иностранцев. Правда, русских не было, зато были китайцы. Последние — более любознательные и что-то слышали об Уте фон Наумбург. Скульптура этой женщины — так считает Умберто Экко, а этому метру можно верить — является выражением идеала женской красоты европейского Средневековья. Как по мне, то Ута ничем не хуже Сикстинской мадонны. Но о вкусах не спорят.

Поражает кафедральный собор Наумбурга. Собственно, здесь и находится скульптура Уты. Находясь на немаленькой территории этого храма, начинаешь понимать дух романики — величественной, но, в то же время, какой-то непретенциозной и суровой.

По пути от Наумбурга мы остановились в поселении Пфорта. Нам бросились в глаза старинные помещения какого-то монастыря (потом оказалось — цистерцианского). Это действительно уникальное место, где можно спокойно сосредоточиться. Мне трудно описать то, что я чувствовал в этом месте. Какая-то странная и мощная энергетика. После Реформации, понятно, монастырь ликвидировали. Впоследствии здесь разместилась школа (Ландшуле Пфорта). При входе во двор бывшего монастыря на стенде описана его история, а также история этой школы. Вписаны и имена известных людей, которые здесь учились. Список немаленький. Да и имена красноречивы. Среди них — выдающиеся немецкие философы Йоганн Готлиб Фихте и Фридрих Ницше. Наверное, такой покой и сосредоточенность, которые господствуют в этом месте, как раз и способствуют философским рефлексиям.

Последним объектом на моей Штрасе дер Романик стал замок Заальек (это название можно перевести как рог или излучина реки Заале). Представьте себе равнину, на ней реку, которая делает резкий поворот, а над этим — гряда гор, покрытых лесом. И на этих горах — остатки старинного замка. Доехать к нему после ровненьких немецких дорог несколько проблематично. Придется петлять узенькой тропинкой по лесистой местности, где иногда даже не видно солнца. Зато когда выезжаешь наверх и оказываешься около руин замка (кстати, развалины поражают!), перед твоими глазами открывается невероятной красоты пейзаж.

Что-то подобное я видел у нас в Невицком замке. Тоже горы, покрытые лесом, полуразрушенный замок, внизу долина и река, которая течет по ней (правда, не Заале, а наш Уж). Однако Невицкий замок, несмотря на близость от немаленького Ужгорода и всю свою привлекательность, почти не окультуренный. Когда-то там, в советское время был студенческий лагерь (всесоюзный!). В настоящий момент стоит он пустой. Сейчас около него пытаются построить какую-то забегаловку. А в Заальеце, несмотря на отдаленность от больших городских центров, среди замковых развалин разместился прекрасный ресторан. И — что странно — в нем есть посетители. Действительно, приятно посидеть там за столиком, любуясь замковыми руинами или фантастическими пейзажами из замковых бойниц.

ГАЛЛЕ — СОЛЯНОЙ ГОРОД

Галле находится рядом с Лейпцигом. Садишься на поезд на железнодорожном вокзале в Лейпциге (а он считается одним из самых красивых железнодорожных вокзалов в Европе) — и ты через каких-то полчаса в Галле. Однако, ступив на землю Галле, чувствуешь, что это несколько другой край. У Галле нет такой вольности в архитектуре, как в Лейпциге. Центр города — аутентичное Средневековье со старинными домиками, узкими улочками. В одном из таких домиков я наткнулся на пивоварню-ресторан. Здесь же в зале ресторана стоит огромный чан, где варят пиво, которое можешь попробовать.

В отличие от Лейпцига, где есть немало известных культурных объектов и, соответственно, приезжает немало туристов, ситуация в Галле другая. Не то, что здесь нет интересных достопримечательностей (кстати, Галле принадлежит к Штрасе дер Романик). Просто Галле «не повезло». Во времена ГДР он развивался как индустриальный город. Здесь находилось несколько крупных предприятий. Думать о развитии туризма в городе не было нужды.

В настоящий момент ситуация иная. После объединения Германии промышленные объекты Галле оказались нерентабельными. Показательно изменение динамики населения города. Если в 1990 г. здесь проживало свыше 300 тысяч человек, то в настоящий момент немногим больше 200 тысяч. Много людей покинуло Галле, выехав, в поисках работы в Западную Германию, или же в более благополучный Лейпциг. В настоящий момент в городе высокий процент безработных. Поэтому цены на жилье, да и в целом цены в городе относительно невысокие.

Несколько слов об истории Галле. Считается, что это один из самых древних городов Германии. Первое упоминание о нем приходится на 806 г. Хотя поселение здесь существовало раньше, уже в первых веках нашей эры. Название города имеет кельтское происхождение и означает «место, богатое солью». Именно соляные промыслы сделали Галле богатым. А во времена ГДР солеварная промышленность получила логическое продолжение — город стал средоточием химической индустрии.

«Соляное богатство» позволило жителям Галле перестроить свой город. В самом центре находится огромный собор с высокими башнями. Собор этот связан с деятельностью лидера немецкой Реформации Мартина Лютера. В целом в Галле немало следов Лютера. Например, город известен своим университетом, основанным в 1694 году. В 1817 г. он был объединен с более старым Виттенбергским университетом, который заканчивал М.Лютер. В настоящий момент официальное название этого учебного заведения Мартин-Лютер-университет Галле-Виттенберг, то есть Галле-Виттенбергский университет им. Мартина Лютера.

В 1932—1945 гг. в этом университете работал известный ученый-славист, философ и литературовед Дмитрий Чижевский, который был родом с Украины. Благодаря Д.Чижевскому в Галле-Виттенбергском университете утвердилась славистика. Работая там, Д.Чижевский нашел и подготовил рукопись труда чешского просветителя Яна Амоса Коменского «Пансофия», который считался утерянным. Там же, в Галле, ученый собрал коллекцию книг (около семи тысяч томов), где было немало редких и уникальных изданий. Эту коллекцию вместе со своим личным архивом ученый вынужден был оставить в Галле перед приходом «советских освободителей». «Антисоветчик» Д.Чижевский, к тому же еще и бывший член Украинской Центральной Рады, не имел никаких иллюзий относительно гуманности советской власти. В настоящий момент эта коллекция и архив сохраняются в Галле-Виттенбергском университете.

Конечно, я не надеялся, что в университетской библиотеке мне что-то скажут о Д.Чижевского. И все же я был приятно удивлен, когда обнаружил там новейшие издания произведений ученого, в том числе киевский четырехтомник его трудов. С коллекцией и архивом Д.Чижевского в Галле, насколько мне известно, никто серьезно не работал. А там могут быть (и, наверное, есть!) интересные вещи. Сомнительно, что немцы будут этим заниматься. А нашим гуманитарным чиновникам, вероятно, не до этого. Хотя послать кого-то, чтобы проработал галльскую коллекцию и архив Д.Чижевского, больших денег не нужно.

Случается, места становятся знаменитыми благодаря известным людям. Галле тоже имеет своего героя, который прославил город. Это — композитор Георг Фридрих Гендель. Памятник этой знаменитости находится на центральной площади и является своеобразной «визитной карточкой» города. Неподалеку от центра — дом, где родился композитор. Там же находится и музыкальный музей.

Ежегодно в городе проходят Генделевские фестивали, на которые съезжаются почитатели музыкального искусства со всего мира. Во времена ГДР этот фестиваль выполнял не только музыкальную функцию. На него позволяли приезжать немцам из ФРГ. Поэтому под его покровом могли встречаться родственники из двух Германий — социалистической и капиталистической.

В целом в Галле много интересных объектов. Всех за день не обойдешь. Поэтому опять хочется вернуться сюда и проходить его улочками.

Петр КРАЛЮК. Острог — Ровно — Лейпциг — Мерзербург — Фрайбург — Наумбург — Пфота — Заальец — Галле —Лейпциг — Ровно — Острог. Фото автора
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ