Диктаторы ездят верхом на тиграх, боясь с них слезть. А тигры тем временем начинают испытывать голод.
Уинстон Черчилль, государственный деятель Великобритании, писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе

ФЕНОМЕН ДИКОГО ПОЛЯ

Уничтожив украинскую государственность, оно раздуло пламя ее возрождения
22 марта, 2002 - 00:00

Формирование нации и процессы построения государства, кроме ряда факторов, обусловлено и географическими особенностями. Такой особенностью для украинцев стала их локализация над окончанием большого евразийского степного пути, который начинаясь в Монголии через коридор между Алтаем и Тянь-Шанем, между Каспийским морем и Уралом доходит до Причерноморских степей и разбивается о Карпаты. Такое соседство подвергло нацию и государственность с первых ее самостоятельных шагов непрекращавшейся опасности со стороны различных кочевых народов, постоянно двигавшихся с Востока.

Первое государственное объединение восточных славян — союз антов, созданный во второй половине IV в., выстоял после нашествия западных завоевателей остготов, хотя и потерял своего вождя Божа и 70 старейшин. Однако анты не смогли устоять в борьбе с восточными завоевателями — аварами, которые пришли степным путем и основали в Паннонии свое государство. Из-за войн с ними (568 — 635 гг.) антский союз прекратил свое существование.

Где-то в это же время в южных степях появляются новые завоеватели с Востока — хазары. Хазарский каганат, расположенный между Азовским и Каспийским морями в низовьях Дона и Волги, в VIII в. распространил свою власть и на восточнославянский племена радимичей, вятичей, полян и сиверян, которые платили им по «беле и виверце с дыма» вплоть до IХ века. Русичи, избавившись в конце IХ ст. с помощью князя Олега от необходимости уплаты дани хазарам, не избавились однако от опасности со стороны степи, к усилению которой, кстати, они и сами приложили руку.

В 915 г. впервые приходят на землю русскую новые степняки — печенеги, но это была только пробная встреча двух противников; полномасштабным действиям печенегов мешали хазары, которые стойко защищали свои восточные границы. Однако по иронии судьбы, на помощь печенегам пришли русичи. Воинственный князь Святослав поднял оружие в 965 году. Хазарский каганат не выдержал борьбы на два фронта и распался, открыв дорогу в северное Причерноморье печенегам. Святослав открыл новую, ужасную страницу в истории Киевской Руси; южные степи превратились в Дикое поле, стали источником гибели государства. Убедиться в этом Святослав успел еще при своей жизни, которую отобрали у него те же печенеги в 972 году, после неудачного похода на Византию. Уже в 968 году они не только опустошили пограничье Руси, но и взяли в осаду саму столицу — Киев.

В 993 г. печенеги опустошили Переяславщину. С этим походом легенда связывает само название Переяслава, названного так по случаю победы в поединке русича над печенегом — то есть он «перенял у него славу»; в 997 году кочевники осадили Белгород. Начиная со времен борьбы Святополка Окаянного за киевский престол в 1018 году князья привлекают печенегов в качестве союзников в междоусобной борьбе; эти же «союзники» опустошали земли в совместных походах с русскими князьями точно так же, как и во время самостоятельных набегов. Святополк опять привел печенегов на Русь в 1020 г. во время его битвы с Ярославом на р. Альта. Однако печенеги тревожили украинские земли не так уж и долго, немногим более ста лет. Последний раз они посетили их в 1036 г. и опять дошли до самого Киева, где их и победил князь Ярослав Мудрый. В ознаменование этого события от заложил Софию Киевскую.

В 1055 году появляется новый враг — половцы; однако на этот раз переяславскому князю Всеволоду удалось откупиться от них. В 1062 г. половцы опять пришли на Переяславщину, но на этот раз, разбив Всеволода, ограбили его земли. В 1068 году они победили в битве трех Ярославичей, и кроме Переяславщины, опустошили и Киевщину.

В 1078 г. Святославичи Олег и Борис с половцами пошли отвоевывать «вотчины» у своего дяди Всеволода; таким образом продолжилась позорная традиция, начатая Святополком Окаянным — привлечение южных кочевников в междоусобные распри русских князей. Вновь половцев «навел» на наши земли Олег Святославич в 1094 г. во время осады Чернигова Владимира Мономаха (тогда еще черниговского князя). Той же дорогой в первой половине ХII в. шел и его сын Всеволод в борьбе со своим дядей Ярославом Святославичем. При Ярополке Мономаховиче половцы, как сообщники Ольговичей, дважды опустошали окрестности Киева. Самые же позорные события произошли в 1169 и 1203 годах, когда половцев навели для того, чтобы разрушить и уничтожить Киев, чем «отличились» Андрей Боголюбский и Рюрик Ростиславич. Последний раз половцы, которых привел Изяслав Мстиславович, ограбили Киев во время его борьбы за киевский стол с Владимиром Рюриковичем в 1234 году.

Участие половцев в княжеских побоищах — это только незначительная часть их «деятельности» на землях Киевской Руси, главную же составляют самостоятельные походы, происходившие почти ежегодно. Представление о характере походов можно составить из той характеристики, которую давала народная традиция и летописи их предводителям. Так хан Боняк был «безбожный, шелудивый, хищник», хан Кончак — «богостудный, окаянный, безбожный и треклятый».

Но вбить последний гвоздь в дело уничтожения украинской государственности эпохи средневековья предстояло не половцам; это сделали, разрушив 6 декабря 1240 г. Киев, другие восточные завоеватели — монголо-татары.

В конце XV века, с переходом украинских земель под власть Польско-Литовского государства и образованием Крымского ханства, политическая ситуация изменилась и возникли предпосылки новых, намного более страшных лишений, первой «ласточкой» которых был набег татар на Киевщину и Волынь после поражения Великого князя литовского Витовта на Ворскле в августе 1399 года. Настоящий ужас для Украины начался 1 сентября 1489 года с погромом Киева крымским ханом Менгли-Гиреем, который выступил таким образом в качестве союзника Великого московского князя Ивана против Литвы. С этого времени крымские татары непрестанно, иногда ежегодно, в течение ХVI и XVII вв. грабили украинские земли, или в качестве союзников Москвы, или по собственному усмотрению, или по другим причинам. Татарские орды, в отличие от половецких, беспокоили не только Киевщину, Черниговщину, Переяславщину и Новгород-Сиверщину, но и остальные украинские земли Волынь, Подолье, Галичину, Холмщину, забирались даже в Беларусь. Общую ситуацию, сложившуюся в связи с этим, ярко характеризует жалоба волынского боярства, датированная 1545 г.: «Чи є, чи не ма перемир’я з татарами, рідко коли злазими з коня».

Если князья Киевской Руси пытались защищаться против Дикой степи, организовывая собственные походы на кочевья степняков, которые к тому же и сами возглавляли, то литовское, а с переходом украинских земель под власть короны — польское правительства не оказывали этим хищническим нападениям никакого особого сопротивления. Дело защиты, точнее — самозащиты, оказалось в руках местного, то есть украинского люда, который уже имел определенный исторический опыт. Это и стало одной из причин, вызвавших к жизни такое явление, как казачество.

Первое упоминание о казаках появляется в 1492 г., вскоре после погрома Киева Менгли-Гиреем; в 1493 г. появляется и первое упоминание о походе в духе последующих казацких. В 50-х годах XVI в. за днепровскими порогами появляется центр, вокруг которого в последующие годы группируется казачество — Запорожская Сечь. То есть к концу XV — первой половине XVI в. у украинского народа, благодаря татарской «прививке», начал вырабатываться иммунитет против угрозы национальному существованию, название которому — украинское казачество. Оно выросло и закалилось в течение XVI — ХVII вв. в борьбе как с татарами, так и с другими врагами украинского народа, в середине XVII века оно стало той силой, которая на переломе мировой истории, после Тридцатилетней войны (1618 — 1648) и во времена Английской буржуазной революции, нашло новые пути развития украинской истории, возродив украинскую государственность в Новое время. Однако казачество не только продолжило традиции украинской государственности, прервавшиеся в XIV в. во времена Свидригайла Ольгердовича, но и заложило основы формирования украинской нации в XVII — XVIII вв. Сформировался и тот характер украинца-казака, который жив до нашего времени, и является основой самоидентификации украинцев.

Таким образом, Дикое поле, которое в течение многих веков, как мы видели, не давало покоя украинцам, приложило руку к разрушению украинской государственности в эпоху Средневековья, стало стимулятором национального пробуждения и возрождения украинского государства в Новое время. Подтверждением этому является история белорусского народа, который после монгольского нашествия оказался в тех же условиях, что и украинский (развивался в составе Речи Посполитой), но не имея на своих границах кочевой степи, не смог выпестовать социальный слой, который бы стал горой за его национальное и государственное возрождение в эпоху Новой, а в дальнейшем и Новейшей истории. Не было бы Дикого поля, не было бы, наверное, и Украины.

Александр ЛЯШЕВ, пгт Десна, Черниговской области
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ