Не всякий человек способен быть у власти, а лишь такой, что по природе своей стремится к правде и справедливости.
Станислав Ореховский-Роксолан, украинский писатель, оратор, публицист, философ, историк, полемист, гуманист эпохи Возрождения

УТРАЧЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ

Русское княжество в составе Речи Посполитой
19 января, 2001 - 00:00

Начало см. на стр. «Украина Incognitа», «День» № 6

Собственно, это было начало Руины — если под ней иметь в виду тогдашнюю борьбу за политическое лидерство в Украине. Наш известный историк Наталья Яковенко в статье « Розтятий світ: культура України-Руси в переддень Хмельниччини » пишет: «Существеннее всего — то, что и героика Хмельнитчины, и кошмары Руины были делом рук одних и тех же персонажей...»

К сожалению, над историками еще до сих пор тяготеет стереотип князя Яремы Вишневецкого как врага Украины, а не просто — врага казацкого сословия. На самом же деле русский князь Ярема был одним из двух главных политических лидеров — как и казацкий гетман Богдан Хмельницкий, — представлявших два альтернативных пути возможной эволюции Речи Посполитой. Причем, еще неизвестно, кто из двух главных деятелей Руины больше заботился о независимости Украины, а кто — лишь о реформе Речи Посполитой как крепкого унитарного государства. Ведь когда в Варшаве собрался Сейм на выборы короля, Богдан Хмельницкий через своих доверенных лиц активно вмешался в политические интриги и решающим образом повлиял на их результат: именно под его давлением один из претендентов на королевский престол — Карл снял свою кандидатуру в пользу Яна-Казимира.

В следующем, 1649 году, в Украину направляется 25- тысячное коронное войско во главе с королем Яном- Казимиром и 15-тысячная армия Вишневецкого. Выглядит так, что инициатива принадлежала князю Яреме, который выступил от имени изгнанной с Украины древней родовой аристократии. Хотя Вишневецкому Ян-Казимир, как когда- то и его брат Владислав IV, не доверял, а посему устранил князя от командования коронными войсками. Очевидно, опасаясь, что еще неизвестно куда может повернуть армию самолюбивый Вишневецкий.

После известных перипетий под Збаражем и Зборовом оба коронованных владыки — польский король и татарский хан — пришли к согласию по примирению своих протеже — Яремы Вишневецкого и Богдана Хмельницкого, то есть насчет роли родового дворянства и казацкого сословия в Украине.

Зборовское соглашение впервые юридически оформило общественную иерархию, образовавшуюся из первозданного хаоса войны 1648 года. Древняя шляхетско-магнатская общественная элита была почти ликвидирована. Новой политической элитой стала элита запорожцев и реестровое казачество, а Богдан Хмельницкий был признан гетманом Войска Запорожского, подчиняющимся польскому королю. Старшины начали прибавлять к этому титулу «Божьей милостью»; церковь в своих молитвах поминала его как «Гетмана и государя Великой Руси», а чужие послы называли Хмельницкого «князем Руси» или еще более изысканно.

Однако о какой бы то ни было независимости отвоеванной у бывшей украинской верхушки территории речь, конечно, не шла — даже об автономии, которую имела Литва. Скорее, это был регион, где устанавливалось прямое королевское правление, а гетман получал статус представителя короля. То есть под Зборовом речь шла только о смене иерархической структуры тогдашнего общества в Украине, точнее — пока лишь в трех воеводствах. Конечно, смириться с этим бывшая политическая верхушка не могла.

Дальше последовало Берестечко...

Коронное войско Речи Посполитой выиграло битву — одну из едва ли не величайших в своей истории. Но плодами победы магнатская элита Польши не воспользовалась. Король, вместо того, чтобы завершить разгром «сепаратистов», неожиданно повернул на Варшаву. И на казацкую территорию вступили только Потоцкий и Вишневецкий с 30-ю тысячами жолнеров.

То есть фактически это опять-таки была политическая борьба за лидерство на украинских землях между Богданом Хмельницким и Яремой Вишневецким. Ее результативному продолжению помешала смерть Вишневецкого — 9 августа, от эпидемии, вспыхнувшей в военном лагере под Паволочью.

Со смертью русского князя прекратила свое существование даже возможность реального воплощения идеи Русского княжества. И вообще, стало очевидно, что Речь Посполитая, как один из вариантов полиэтнической общественной системы зашла в тупик; она утратила динамику и не могла эволюционировать ни к унитарному государству — по замыслу короля Владислава IV и его достойного продолжателя гетмана Хмельницкого, ни к равноправной триалистической конфедерации. Остался единственный вариант: поглощение ее государством с более пригодным для империи централизованным управлением — Московским царством. На полях Берестечка победа досталась, как ни странно, московскому царю. Отныне все события фактически стали развиваться по сценарию, написанному в Москве.

По-видимому, первым, кто осознал новые реалии, был Богдан Хмельницкий, немедленно активизировавший переговоры с московским царем. И, как потом оказалось, вовремя. Переяславское соглашение 1654 года юридически оформило то, что фактически уже неотвратимо происходило. Но Хмельницкому удалось спасти казацкое сословие, которое могло бы просто исчезнуть при инкорпорации Речи Посполитой в состав Московской империи.

А после смерти великого гетмана в 1657 г. политическая дискуссия между им и Яремой Вишневецким — о двух альтернативных путях политического развития в Украине — завершилась.

Хотя идея Русского княжества неожиданно проявилась еще раз — во времена гетманства Ивана Выговского. После разрыва с Москвой и переориентации снова на поляков 16 сентября 1658 г. было подписано соглашение, известное как Гадячский договор. Согласно данному договору, на территории бывшего Войска Запорожского образовывалось Великое княжество Русское, которое вместе с Польшей и Великим княжеством Литовским образовывало единое государство: Речь Посполитую. То есть Украина — в форме Русского княжества — становилась третьим равноправным членом федерации и получала такой же статус, как и Литва — со всеми автономными правами в административной, судебной и финансовой отраслях.

Одним из центральных пунктов договора — титул суверена украинских земель. Во главе Великого княжества Русского должен был стоять гетман, избранный старшиной пожизненно. Именно этот пункт красноречивее всего свидетельствует об абсолютной бесперспективности такой триалистической конфедерации. Для того чтобы существовало княжество, нужна некая маленькая деталь: князь — как его представитель или олицетворение. «В системе ментальности того времени, — писала Н.Яковенко, — личность князя и власть, носителем которой он считался уже в силу своего рождения, воспринимались как единое следствие Божьего промысла».

Так что не удивительно, что Гадячское соглашение потерпело фиаско. И наибольшими его врагами были вовсе не Москва и не Варшава; главными оппонентами «Русского княжества» были православные народные массы: в их коллективном менталитете архетип князя давно уже был дискредитирован, а его место бесповоротно занял «белый царь».

Проект княжества Русского не просто опоздал, как минимум, лет на десять, когда его еще мог представлять, к примеру, самолюбивый сепаратист князь Ярема Вишневецкий. Проект опоздал на целую эпоху: с 1648 года начался отсчет совсем другой исторической эпохи — Руины.

Лесь КАЧКОВСКИЙ
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ