Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

Золотое чудо из-под Глодос

10 мая, 2007 - 20:09
ВОТ ТАК ВЫГЛЯДЯТ НЕСРАВНЕННЫЕ ГЛОДОСКИЕ СОКРОВИЩА

В музее исторических драгоценностей Украины, расположенном на территории Киево-Печерской лавры, обязательно следует остановиться возле витрины, за стеклом которой — самые ценные раритеты знаменитого «Глодоского сокровища». Височные подвески и нагрудные украшения, браслеты и перстни, детали ножен кинжала и меча, украшения узды — и все это золотое и серебряное чудо было создано мастерами- ювелирами почти полтора тысячелетия назад! В экспозиции выставлена самая ценная часть сокровища, в общем же оно, согласно описанию специалистов, насчитывает свыше двухсот предметов. Среди них почти сто золотых предметов весом 2,583 кг и семьдесят серебряных (1,026 кг).

История открытия «Глодоского сокровища» датируется девятым июня 1961 г. Именно в этот день Володя Чухрий, десятиклассник из села Глодосы (Кировоградщина), возвращаясь с колхозного поля, где он помогал матери полоть свеклу, вдруг увидел над головой степного орла, который «пикировал», держа в клюве пойманного суслика. Мальчик нагнулся за комом земли, чтобы бросить его в птицу — и неожиданно... провалился в землю. Грунт осыпался, и перед глазами Володи, словно в сказке, открылись сокровища: цепочки, остатки оружия, стремена, фрагменты посуды, обрывки ткани...

Теперь, чуть ли не через полвека после приключения, мы стоим с Владимиром Николаевичем Чухрием на том же «золотоносном» месте на берегу Сухого Ташлыка. Светит весеннее солнце, поблескивает река, которой еще бежать и бежать до Синюхи; наш с Валерием Мьятовичем, главным редактором журнала «Хобби», собеседник медленно ходит по едва заметному углублению в поверхности ташлицкого берега и рассказывает, КАК ВСЕ БЫЛО. Интересная деталь: в тот день Володя спешил в село, чтобы успеть в школу на консультацию; завтра ему предстояло сдавать экзамен по истории!

Собрав все, что прятала земля, Володя Чухрий понес сокровище домой, сложил в решето и спрятал в погребе под кадкой с квашениной. А в школе рассказал о находке учителю. Тот выслушал и посоветовал написать письмо в Кировоград директору областного историко-краеведческого музея. Володя так и сделал, но пока письмо шло к адресату, события в Глодосах начали разворачиваться почти по законам детектива. Слух о сокровищах быстро распространился, и понятно, что немало заинтересованных тоже бросились на берег Сухого Ташлыка — а вдруг что-то еще осталось в земле?! Узнал о находке и участковый милиционер капитан Солодеев. Пришел к Чухриям — и отец Володи, выяснив, что сокровище попало на «временное хранение» в погреб, передал его служителю порядка; мол, тот знает, что в таких случаях следует делать.

А тем временем начало «работать» Володино письмо. Директор музея О. Ноземцева, получив сенсационное известие, отправилась на место происшествия, в Глодосы. Однако сокровище неожиданно исчезло. Пришлось ехать к первому секретарю Хмеливского райкома партии Табунщика, который — в свою очередь — обратился за помощью к КГБ. Владимир Николаевич Чухрий помнит, что областное управление этой спецслужбы тогда возглавлял полковник Калюжный, земляк, сам родом из Глодос. Приехали к участковому домой, но тот развел руками: откуда мне было знать, что это сокровище, а не какие-то бляшки? Оставил во дворе, а дети, играя, где-то порастаскивали.

Помогла техника. Когда солдат с металлоискателем в руке сел отдохнуть под хатой, где жил капитан Солодеев, прозвучал «писк» — прибор подал сигнал. Оторвали доску под крышей, и оттуда вытянули завернутое в штанину старых ватных штанов то самое «глодоское сокровище». Наступила развязка: находка Володи Чухрия перекочевала в Киев; археологи целый месяц изучали речной берег; про сокровища написали исследование. Что же касается капитана Солодеева, то было следствие, и был суд — участковый получил пять лет...

Но вернемся с берега Сухого Ташлыка в экспозиционный зал Музея исторических драгоценностей Украины, воспользовавшись перед этим профессиональными «консультациями» археолога Аллы Смиленко (то есть ее книгой «Глодоские сокровища», изданной еще в 1965 году, по горячим следам после знаменательного события в степи около Глодос). Алла Смиленко работала на месте находки летом 1961-го, и ее научные выводы как раз и проливают свет на загадки «Глодоского сокровища» (кстати, ответственным редактором монографии был Виктор Платонович Петров — человек легендарной судьбы, авторитетный археолог и литературовед, он же популярный писатель Виктор Домонтович).

Находка возле Глодос — это захоронение знатного воина, возможно, военного вождя, осуществленное по языческому обряду. Тело было сожжено на погребальном костре, и, как велел обычай, погибшего отправили в иной мир с полным снаряжением: мечом, кинжалом, сбруей двух боевых коней, вещами быта, многочисленными драгоценностями. Анализ костей показал специалистам, что воин, человек зрелого возраста, был ранен в голову и ногу. Погиб он в незаселенной местности; очевидно, на берегу Сухого Ташлыка была только временная стоянка отряда, пребывающего в походе. Место погребения, защищенное рекой и овражками, огородили рвами — и остался вождь в степной земле, пока его пережженные кости через много веков не попали в руки археологов и антропологов.

В захоронении найдено немало золотых украшений, в том числе и женских. Алла Смиленко, однако, не склонна считать, что вместе с воином была сожжена и женщина. Просто в землю положили не только то, что сопровождает повседневную жизнь мужчины в боевом походе. И вот теперь именно украшения вызывают чуть ли не самое большее изумление, поскольку все они являются произведениями высокого ювелирного искусства. Золотые нагрудные цепочки, инкрустированные драгоценными камнями и цветным стеклом (длина одной из таких цепочек — 60 см!). Роскошные подвески. К одному из медальонов был прикреплен крест высотой в семь сантиметров, с расширенными концами, на которых тоже было ценное украшение, — только он в музей не попал, как и еще некоторые вещи из сокровища. Жители Глодос не зря же бросились вслед за Володей Чухрием на поиски золота, и что-то им все же перепало, а уже потом, когда сотрудники КГБ собирали по селу «трофеи» местных Бонавентур, крест так и не вернули, — как в воду канул. Хотя видели его многие люди, по их рассказам Алла Смиленко и описала этот предмет из сокровища.

Может возникнуть вопрос: как же это, язычники — и крест?! Но ничего неожиданного здесь как раз и нет; христианские символы встречались у язычников, и были они для них просто ценными «сувенирами».

А вот медальон, на котором есть вставка с миниатюрным (высотой один сантиметр) изображением Эрота! Все как должно быть: в руке лук со стрелой, за спиной крылья; полуоборот тела и полусогнутые ноги свидетельствуют о том, что Эрот как раз занят «охотой»... Среди других украшений — золотые перстни, браслеты, сережки длиной 12 сантиметров, представить которые можно разве что прикрепленными к головному убору, — не к ушам же цеплять такой вес!

Бесспорно, украшения делал ювелир высокого класса, которому хорошо было известно, что такое волочение проволоки, ковка, паяние, литье. Богато украшено и оружие, найденное в глодоском захоронении. Рядом с погибшим воином остались меч-сабля, кинжал, копье, стрелы; железные рукояти обтянуты золотым листом; золотые обкладки ножен (изготовленные из дерева или кожи) инкрустированы жемчугом. А вот посуда — тарель, кубок, кувшин — это изделия из серебра. Они также орнаментованы, поэтому о них трудно говорить только как о предметах быта: перед нами, конечно, произведения искусства.

К какому времени они относятся и на каких землях возникли? И кто, в конце концов, похоронен на берегу Сухого Ташлыка, если иметь в виду этническую принадлежность погибшего воина? По версии А. Смиленко, историческая драматургия событий, к которым имеет отношение глодоская находка, связана с рубежом VII—VIII веков н.э. Северное Причерноморье, заселенное восточнославянскими племенами, претерпевало в ту пору жестокие нападения хазаров. Территория среднего Поднепровья и Побужья была обжита племенами уличей, которым теперь приходилось защищаться от набегов кочевников.

Что касается датирования предметов, найденных в глодоском захоронении, то оно различно. Ювелирные украшения и серебряная посуда имеют, очевидно, византийское происхождение (впрочем, серебряный кувшин с изображением сидящего льва попал из самого Ирана). Самым древним является медальон с изображением Эрота. Основная же масса предметов была изготовлена в VI— VII веках н.э. К более позднему времени относится оружие: скажем, меч, знаменовавший начало перехода к сабле, в юго- восточной Европе встречается во второй половине VII ст. н.э. В междуречье Днепра и Южного Буга также существовали центры с развитым металлообрабатывающим ремеслом (за 100 км западнее Глодос таким центром был Гайворон, за 70 км, на северо восток — Пастырское городище), где изготавливались изделия из железа, в т.ч. и оружие. Часть предметов в глодоском захоронении поэтому могла иметь местную «прописку».

Вещи, положенные в могилу во время погребального обряда, не так уж и мало «рассказали» о личности погибшего воина. «Меч, судя по некоторым летописным текстам, был в древней Руси знаком княжеской власти, — указывает А. Смиленко. — К признакам сана могут быть отнесены и золотые шейные украшения. ...Древнерусская знать носила золотые нагрудные цепи с крестами. В обычае знати было носить в одном ухе сережку с продетыми бусинами. Такого типа сережки и золотые цепи с крестами носили русские князья и в послемонгольские времена. К этой же группе предметов может быть отнесен и перстень с гнездом для вставки, очевидно, печатки. Все найденные вещи свидетельствуют о том, что перед нами представитель социальной верхушки общества, ...очевидно, князь, и, судя по драгоценному оружию, знатный военачальник» (А. Смиленко. Глодоские сокровища. — К., 1965. — С.54).

Прочитав эти строки, я вспомнил, что Владимир Николаевич Чухрий, когда приглашал нас на берег Сухого Ташлыка к месту захоронения, говорил: «Пойдем к князю». Так в его сознании отложилось еще с 1961 года, когда он часто бывал среди археологов, работавших над глодоской находкой. Погребальный обряд сожжения побуждал специалистов осторожно утверждать, что «похороненный на берегу р. Сухой Ташлык военный вождь был славянского происхождения» (А. Смиленко). Погибнуть он мог во время схваток славянских племен с кочевниками-хазарами на рубеже VII—VIII веков, в историческое преддверие возникновения Киевской Руси...

Новую вспышку интереса к золотому чуду из-под Глодос уже в наши дни вызвала основанная писателем Григорием Гусейновым творческая премия, которой он дал название «Глодоское сокровище», напоминая тем самым о таинственной истории степной Украины. Г. Гусейнов — автор восьмитомной исследовательской эпопеи «Господние зерна», в которой он поднял огромный пласт того прошлого, которое географически связано, прежде всего, со степями, Причерноморьем, бывшими землями казацких вольностей... Название премии весьма удачное; в ней мне нравится не только слово «глодоское», но и слово «сокровище», поскольку оно является важным для украинской художественной традиции — от народных сказок о сокровищах до Шевченковского «Великого льоху» и Довженковской «Звенигоры». У Шевченко и Довженко сокровище является синонимом украинской доли, которую следует беречь от рук чужестранцев и самим — уважать. Так, как об этом принято говорить испокон веков: «Шануймося!»

Премию «Глодоское сокровище» Григорий Гусейнов учредил, положив на депозит денежное вознаграждение, полученное им вместе с дипломом лауреата Шевченковской премии. Годовые проценты (а они не такие уже и маленькие) — это и есть знак отличия лауреата «Глодоского сокровища». Победителем 2007 года, то есть первым в истории премии — назван молодой кобзарь-виртуоз Тарас Компаниченко, который блестяще владеет несколькими музыкальными инструментами, знает старинную музыку и умеет не только «реставрировать» ее, но и мастерски донести до нынешних слушателей. 25 апреля этого года Тараса поздравляли в Государственном литературном музее (Киев), о чем на первой полосе, и не единственный ли, написал «День» подробно № 73 за 27 апреля этого года, а на следующий день его вместе с Г. Гусейновым приветствовали Торговица, Новоархангельск и Кировоград...

Именно в эти дни мы с Валерием Мьятовичем, вдохновленные услышанным и увиденным отправились в Глодосы, чтобы вместе с Владимиром Николаевичем Чухрием походить по берегу Сухого Ташлыка, зайти в старинную глодоскую церковь, построенную в 1783 году, увидеть в ней икону Иверской Богоматери ХVIII века. И вообще — вдохнуть степного воздуха, того самого, что был родным и для славянского князя, который приблизительно тысячу триста лет назад погиб здесь, защищая землю от хозарского ига...

Что же касается «счастливчика» Чухрия, то он теперь на пенсии. По профессии Владимир Николаевич военный летчик, служил в ракетной части в Коломые, а демобилизовавшись, вернулся в Глодосы. После традиционной рюмки он показал нам свой дембельский «трофей» — чемоданчик с пусковой кнопкой. Когда капитан Чухрий демобилизовался, Украина как раз добровольно избавлялась от стратегического ракетного оружия. Режим секретности перестал существовать, поэтому капитан и «прихватил» с собой чемоданчик как сувенир на память о службе. Теперь это его домашнее «сокровище».

Владимир ПАНЧЕНКО, профессор Национального университета «Киево-Могилянская академия»
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ