«Tete a tete» с Михаилом Сидоренко
Во Львовской национальной галерее искусств им. Бориса Возницкого — персональная выставка художника![](/sites/default/files/main/articles/12022016/32kartina.jpg)
Воплощение художественной страсти для Михаила Сидоренко стало еще более приближенным к его стилю жизни, мимолетным реакциям на человека и природу, а еще и стимулом для открытия неизвестных территорий красоты. Совместно с женой Наталией Кручкевич он ищет те ветра поэтико-метафорических перемен, которые прибавляют свежести его методу живописи, более глубокого погружения в эстетические пласты собственного художественного сознания. Название новой персональной выставки — «Tete а tete» — символизирует этот особый статус сублимации, в котором рождаются очередные цветописные откровения художника.
Путь Михаила Сидоренко к такой стремительной динамике авторефлексий — в самом характере художника. Окончив студии в Школе Samuel Fleisher Art Memorial, Philadelphia, USA Philadelphia Sketch Club, Philadelphia, USA (1995) и Львовскую академию искусств (1999), молодой художник определил для себя приоритетность плэнерной художественной практики, которая органично переросла в системную студийную работу с натурой в ее разных жанрово-тематических проекциях. Много работал на природе — горы Карпат и Калифорнии (США), световоздушная среда Атлантики, а затем Средиземного моря, атмосфера Венеции и парижского Монмартра. Так росла сила его художественного темперамента, укреплялся опыт чувственного письма.
С каждым новым усилием Михаил Сидоренко отдалялся от внешних формальных признаков академической школы, одновременно приближаясь к своим территориям станкового занятия живописью с классической производной от французского импрессионизма, постимпрессионизма, колоризма. Впрочем, эта творческая ипостась украинского художника тоже оказалась ситуативной, поскольку его сильная творчески-волевая натура стремилась к симбиозу субъективированного и аналитического компонентов. Инспирирующий источник (объект восхищения) должен был пройти внутреннюю адаптацию, «слиться» с эмоциональной идентичностью художника. Мастер все активнее наступал на средства пластики при организации художественной среды полотен, искал оптимальную степень изложения определенного метафизического состояния его души в конкретное мгновение переживания. Таким образом язык его живописи оттачивался до деталей, свет, цвет и фактура сплавлялись в единый поток всегда уникального «эстетического экстаза». На вершинах этих целенаправленных усилий и рождались его произведения, исполненные страсти и витализма.
Картины Михаила Сидоренко с их выразительно романтической программой могут казаться отдаленными от социокультурного контекста современности. На самом же деле экзистенция художника апеллирует к вечным ценностям человека в его стремлении к универсальной гармонии с природой. В этом важный идейно-эстетический посыл автора. Мотивы обнаженной модели в интерьере, лодки на пристани в каком-то отдаленном от цивилизации итальянском городке, величественные своей монолитностью горы и каньоны, золотистые купола венецианских храмов составляют единый ценностно-смысловой ряд гуманистической платформы Михаила Сидоренко, который подлинностью материализованного синтетически-живописного чувства приглашает зрителя на tete а tete в рассуждениях об истинных ценностях человеческой жизни.
«МОРСКОЙ ГЛАЗ»
З кожним новим зусиллям Михайло Сидоренко віддалявся від зовнішніх формальних ознак академічної школи, натомість наближався до своїх теренів станкового малярства з класичною похідною від французького імпресіонізму, постімпресіонізму, кольоризму. Втім, ця творча іпостась українського мистця теж виявилась ситуативною, оскільки його сильна творчо-вольова натура прагнула симбіозу суб’єктивованого й аналітичного компонентів. Інспіруюче джерело (об’єкт захоплення) повинно було пройти внутрішню адаптацію, «злитися» з емоційною ідентичністю мистця. Художник дедалі активніше наступав на засоби пластики при організації малярського середовища полотен, шукав оптимальної міри викладу певного метафізичного стану його душі в конкретну мить переживання. В такий спосіб мова його малярства відточувалась до деталей, світло, колір і фактура сплавлялись в єдиний потік завжди унікального «естетичного екстазу». На вершинах цих цілеспрямованих зусиль і народжувалися його твори, сповнені жагучості і віталізму.
Картини Михайла Сидоренка з їх виразно романтичною програмою можуть видаватися віддаленими від соціокультурного контексту сучасності. Насправді ж екзистенція художника апелює до вічних цінностей людини в її прагненні до універсальної гармонії з природою. В цьому важливий ідейно-естетичний посил автора. Мотиви оголеної моделі в інтер’єрі, човни на пристані в якомусь віддаленому від цивілізації італійському містечку, величаві своєю монолітністю гори і каньйони, золотаві бані венеційських храмів становлять єдиний ціннісно-смисловий ряд гуманістичної платформи Михайла Сидоренка, який справжністю матеріалізованого синтетично-живописного почуття запрошує глядача на tete a tete в розмірковуваннях про істинні вартості людського життя.
Выпуск газеты №:
№24-25, (2016)Section
В конце «Дня»