Спорт – возможный источник самосовершенствования для каждого человека
Пьер де Кубертен, французский спортивный и общественный деятель, историк, педагог

Остановка в пути

21 февраля, 2017 - 11:20

Одиннадцать лет назад (морозным зимним днём) я поехал отвозить книги на родительскую дачу в Синявино. Книг было много, в том числе странных, доставшихся по наследству от разных родственников, и выбросить их рука не поднималась. Но порядок навести было надо.

Меня звали в Америку, где давно жили родители и учился сын, но у меня несколько месяцев как вышла книжка о Путине, и я сказал, что год после выхода книги должен прожить в России, чтобы не было ощущения, что написал и сбежал. И поехал пенки снимать.

Хотя думаю, это была очередная попытка самообмана.

Незадолго до поездки на дачу одна очень странная фирма купила весь тираж моей книги. Мне выплатили какой-то аванс, вроде неплохой, но поставили условие: мы платим только за весь тираж, мы не хотим иметь конкурентов.

Об этом я и говорил с женой на обратном пути в город. Мол, надо из магазинов забирать остатки моих экземпляров. Мы проехали примерно половину пути, выехали за пределы Разметелева (если не путаю), дорога пошла с горы, машин было мало, и я прибавил скорость.

В этот-то момент и раздался оглушительный грохот откуда-то из-под днища машины, и она с нечеловеческим скрежетом остановилась. Мир обрушился. У меня было ощущение, что днище машины отвалилось, и это днище скрежещет об асфальт и тормозит.

Мы выскочили из машины, не понимая, что произошло. Ни дыма, ни взрыва, никаких внешних повреждений. Но машина остановилась как вкопанная, сразу после небольшого изгиба дороги, на спуске. Было 3-4 часа дня, только-только начало смеркаться. Я сел, попытался завести, не заводится и не двигается с места, когда мы с женой попытались дотолкать ее до обочины. Я успел выставить аварийный сигнал, включить аварийку и стал звонить в службу эвакуации. Через минут 40 приедем, деловито сказали мне, " как минут 40" - заорал я, и тут на полной скорости в нашу машину врезался первый гонщик.

Вернее, сначала, пока я набирал номер, рейсовый автобус сбил и размазал по асфальту в порошок и мелкие осколки наш аварийный знак. А затем в нас влетела первая машина. Нет, водила, молодой парень, что называется, задел левое заднее крыло, но так как скорость была такая, какую набирают, выезжая из населённого пункта, то его выбросило на снежную обочину, а нас немного развернуло. Машина уперлась рогами.

Дальше в нас начали врезаться с интервалом минуты в три, пока не приехала ГАИ. Били вроде бы по касательной, выворачивая задние крылья и плюща наш зад. Для нас все случилось как бы мгновенно. Раз, нас остановила неведомая, но громкая сила. Два, мы попытались сдвинуть с места мертвую машину. Три - нашей машины уже нет, вокруг кровь (вполне умеренная, как выяснилось позднее) и вопли.

На меня, конечно, полезли водители врезавшихся машин, тем более, что у них были пострадавшие, а у нас ни царапинки. Крики, истерика. А когда появились гайцы, начали спешно разруливать и расследовать.

Но что расследовать? Я сделал то, что мог, разве что аварийный знак, как понял уже после, выставил на несколько метров ближе, чем надо. Но его все равно раздавили в тень. Водителей гаишники очень быстро успокоили: они, конечно, превышали скорость и были виноваты. Я понял, что хотя бы они на ФСБ не работают.

В чем была причина скрежета и внезапной остановки машины, я узнал потом, но расскажу сейчас. В коробке передач не было масла. То есть совсем, она была сухая. Оглушительный скрежет и был смертью коробки передач, из которой вытекла вся кровь. Поэтому машина не двигалась с места, она была на четвёртой передаче.

Теперь о том, почему вытекло масло. Конспирологии будет чуть-чуть, я сам в неё не верю, но факты изложу.

Машина у меня была Ауди, я следил за ней, как следят в России за машиной, которая нравится. Стояла она у меня в гараже на Новочеркасском, рядом с домом. Каждый день я ездил на работу на радио "Свобода" на Артиллерийской, где машина тоже стояла примерно на одном и том же месте. Я это к тому, что если бы масло стало подтекать, то я бы это заметил быстро. Снег же везде, белым-бело. Оно не подтекало.

Летом я ездил на машине в Крым, осенью был в своём автосервисе, что именно делал, не помню, но визуальный осмотр, конечно, был.

Короче, масло вытекло полностью во время одной из остановок в тот день, когда я перевозил книги из Питера в Синявино. Около дома, пока грузился. Или около дачи, пока разгружался. Может, накануне. Мне потом много раз говорили, что без длинных и загребущих рук друзей нашего чекиста, о котором я только что издал книгу, не обошлось. Но я в это не очень верю. В любом случае у меня нет других доказательств или фактов, помимо тех, что я уже привел.

Мне выплатили приличную сумму за страховку, плюс я продал то, что осталось от машины: нашлись желающие. Для нас это были единственные деньги, что мы потом привезём в Америку - копить я не умею.

Последнее, что расскажу, это о визите в областное ГАИ во Всеволожске, где и был официальный разбор аварии. Авария случилось в области, область и стала местом разбирательства. Туда я приехал на электричке, кажется, был какой-то автобус и ещё надо было идти минут 15 до ГИБДД.

Как я уже сказал, меня признали пострадавшим, все это заняло час, не больше. Мне дали на руки бумажку для страховой компании, и все. Вернее, не все, мне надо было вернуться. И тут выяснилось, что у электричек перерыв типа до вечера, и мне надо идти на автобус по снежному месиву километров так 5-6. Точнее я не помню, давно было.

Короче, пошёл я по дороге, уверенный, что тут же поймаю какую-нибудь попутку, которая меня подвезёт до автобусного вокзала. Но не тут-то было. Меня обгоняли машины, но как я ни голосовал, ни одна из них не остановилась. Проселочная, потом лесная дорога, людей нет, грузовиков тоже, редкие, как выигрыш в Спортлото, легковушки. Я, конечно, здоровый дядя, в дутой куртке, центнер веса, то, что я не грабитель, а писатель - на лбу и спине у меня не написано.

В конце моего "Письма президента" я пишу моему адресату: а захочешь пригласить на татами, то ради бога, ещё посмотрим, кто кого. И это не вполне понт, я десять лет в совке занимался и преподавал тогда ещё подпольное карате. Моим приятелям по андеграунду страшно нравилось, что я не просто интеллектуал, а могу положить троих, каких бог пошлет. Хотя всегда помнил завет моего первого тренера: уклоняйся от схватки, пока можешь. Но если начал, бей в полную силу. Поэтому, наверное, шёл я от Всеволожского ГАИ часа полтора, если не больше, и никто меня не подвёз.

Алик Сидоров, которому я потом описывал свою эпопею, сказал раздумчиво: ну, кто сейчас остановится на проселочной дороге, дураков нет. Опасно. Думаю, и в Америке никто не остановился бы, сказал он, подумав, такое теперь время. Алик, кстати, очень меня уговаривал, чтобы я убрал фразу про татами. Нет, он не говорил: уроют тебя дурака. Он отговаривал, используя другие аргументы: ведь вы пишите для читателя, говорил он, чтобы читатель вместе с вами как бы боролся, а вы перетягиваете одеяло на себя, будто это только ваша война. Читатели тоже хотят повоевать.

Но не уговорил.

Последнее о его предположении, что и в Америке одинокого путника в сельской глубинке никто в машину не подсадит. Увы, это не так. Я совсем не смотрю на Америку сквозь восторженные розовые очки: Трампа не из Калуги забросили, он доморощенный, плоть от плоти. Но если идёшь по американской провинции, особенно, в непогоду, останавливается каждая вторая машина. Вас подвести, у вас проблемы? Нету здесь пешеходов, точнее, мало, как марсиан. И страха перед незнакомцем значительно меньше. Так, реплика в сторону.

Ну а фирма, скупившая тираж, в магазины его не отдала, это мне в "Фаланстере" сказали. А потом ещё в нескольких магазинах, где были знакомые. Сидят на сундуке с костями, от греха подальше.

Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments