Украина не может существовать, не владея Крымом, это будет туловище без ног. Крым должен принадлежать Украине, на каких условиях, это все равно, будет ли это полное слияние, или широкая автономия, последнее должно зависеть от желания самих крымчан
Павел Скоропадский — украинский государственный, политический и общественный деятель, военный. Гетман Украинского Государства.

«Тристан и Изольда» + симфоническая программа

Украинский оркестр открыл новый фестиваль в Германии!
13 октября, 2021 - 14:31

Kyiv Symphony Orchestra с большим международным успехом выступил на новом немецком фестивале Musikfestspiele Königswinkel в баварском Фюссене. Украинский коллектив принял участие в постановке музыкальной драмы Рихарда Вагнера «Тристан и Изольда» и исполнил симфоническую программу, генеральная репетиция которой прошла в формате концерта для детей и молодежи.

Престижное приглашение Kyiv Symphony Orchestra на немецкий фестиваль стало возможным благодаря звездной украинской дирижерке Оксане Лынив и поддержке проекта ее австрийским агентством Opera4u. На Musikfestspiele Königswinkel оркестр сыграл под руководством Оксаны Лынив симфоническую поэму «Мазепа» Листа, Второй фортепианный концерт Рахманинова с украинской пианисткой Екатериной Титовой и Четвертую симфонию Брукнера.

Над «Тристаном и Изольдой» в постановке Герберта Адлера оркестр работал с выдающимся немецким дирижером, специалистом по вагнеровскому репертуару Лотаром Загрозеком вместе с признанными в мире вокалистами Робертом Дином Смитом (Тристан), Кэтрин Фостер (Изольда), Герминой Май (Брангена), Михаэлем Купфером-Радецким (Курвеналь) и Хансом-Петером Кенигом (Король Марк). Напомним, что накануне выступления в Германии Kyiv Symphony Orchestra вместе с украинскими солистами представил концертное исполнение «Тристана и Изольды» в копродукции с Национальной оперой Украины, что стало первым исполнением этой сложнейшей партитуры в истории независимой Украины. Киевским проектом, продюсеркой которого выступила директорка по развитию аудитории Kyiv Symphony Orchestra Анна Ставиченко, дирижировал белорусский дирижер Виталий Алексеёнок.

Газета «День» взяла комментарии о сотрудничестве с Kyiv Symphony Orchestra у обоих дирижеров.

ЛОТАР ЗАГРОЗЕК «ТРИСТАН...» - ЭТО ОГРОМНЫЙ ВЫЗОВ ДЛЯ КАЖДОГО ОРКЕСТРА МИРА

- Пан Загрозек, способен ли украинский оркестр играть партитуры Вагнера?

- «Тристан ...» - это огромный вызов для каждого оркестра мира. Особенно, конечно же, для коллектива, который не является оперным оркестром. Kyiv Symphony Orchestra был хорошо подготовлен, Виталий Алексеёнок провел действительно огромную работу. И уже во время нашей совместной работы оркестр делал невероятный прогресс, от репетиции к репетиции становилось все меньше проблем и оркестр звучал все лучше. Так было и со спектаклями: второй показ «Тристана и Изольды» в Фюссене лично для меня стал высшей точкой нашего сотрудничества. Поэтому мой ответ - да, украинский оркестр может играть Вагнера так же хорошо, как и немецкий оркестр. Вопрос в опыте и репертуаре. Если оркестр, например, исполняет много Брукнера или Брамса - он уже достаточно подготовлен к Вагнеру.

Я был особенно впечатлен струнной группой Kyiv Symphony Orchestra, это однозначно самая сильная сторона этого коллектива. Медь в процессе нашей работы зазвучала очень мягко, без всякого форсирования. А деревянные духовые поняли, где они играют соло, а где должны быть только гармоничными голосами. Все это очень важно для музыки Вагнера. Ведь она - словно открытая книга души, словно работа Зигмунда Фрейда. Например, вспомним сцену с Королем Марком, который спрашивает Тристана, почему он это сделал, почему забрал у короля Изольду. И Тристан отвечает: «Я не знаю. Я не могу сказать». Но это знает оркестр: он играет Sehnsuchtsmotiv, что символизирует любовь главных героев. Это сделала любовь. Таких деталей в партитуре много. Оркестр показал их очень, очень хорошо. Я действительно счастлив работать с Kyiv Symphony Orchestra. За время нашей работы у меня возникли очень теплые чувства к этому оркестру, мне с ним очень комфортно, что происходит далеко не всегда, и редко - с западными оркестрами.

- Вы являетесь специалистом по музыке Вагнера и разбираетесь в его «химии» - чем она является для вас?

- Это поэзия, потом много, очень много красок, и эта особая говорящая драма. Да, оркестр играет, но это как слова, предложения. Для этого чрезвычайно важно найти для вагнеровской музыки правильную фразировку. Это как в настоящем языке: мы же не говорим без запятых, без точек, без пауз. То же самое и с Вагнером: все исполнители должны хорошо понимать артикуляцию и фразировку, и это действительно сложно. Необходимо и совершенное чувство темпа, когда, например, в конце фразы надо подождать еще полсекунды, прежде чем взять следующий аккорд. Это то, что у нас совсем не получалось в начале. Но сейчас оркестр делает это прекрасно, музыканты хорошо поняли эту особенность вагнеровской музыки: все требует времени, когда меняется гармония - это не должно происходить механически, формально. Нужен этот переход, необходимо достаточно времени. Для Вагнера и вообще для романтической музыки это крайне важно.

Виталий АЛЕКСЕЁНОК: «В Вагнера нужно погружаться, словно в море»

- Виталий, расскажите, имели ли вы дело с музыкой Вагнера до этого проекта?

- Я дирижировал симфонические прелюдии, ассистировал «Летучего голландца» у Оксаны Лынив около четырех лет назад.

Честно говоря, у меня были сложные отношения с Вагнером очень долгое время, кроме «Тристана и Изольды». Лет десять назад я влюбился в эту музыкальную драму, и она стала для меня одной из самых-самых, а к остальному творчеству композитора я был достаточно равнодушен. И вот только пару лет назад начал приходить к Вагнеру.

- Сроки подготовки к выступлению были очень сжатыми…

- Чем более сжатые сроки, тем точнее нужно планировать каждую репетицию. Важно понимать, где ты будешь через неделю, через две, через три. Мы начали делать «Тристана и Изольду» с конца, ведь это самый сложный акт для оркестра, и обычно его играют уже тогда, когда устали и нужно уметь исполнить его даже со слабой концентрацией. Около 50% времени было выделено на оттачивание именно этой части. И, слыша результат, я понимаю, что этот план оправдался.

- Говоря «Вагнер», держим в уме «Зигмунд Фрейд» и его теорию подсознательного. Как достигнуть этого особого ощущения и полностью проникнуться идеей?

- Во-первых, я согласен, что там очень много Фрейда, но в «Тристане» еще и очень много Шопенгауэра, и его прочтение также помогает понять весь пессимизм данной оперы. Это драматичность, необратимость и какая-то невозможность реализовать себя на 100%, необходимость искать компромисс.

Как бы Вагнер ни любил слово «опера», но это произведение музыкального театра. Чем больше я погружался в партитуру, тем больше видел следы бельканто, которые покрылись инновационными технологиями. Сам принцип музыкального театра очень часто заключается в том, что оркестр комментирует словесное. То есть выражает музыкальными средствами то, что текстом объяснить невозможно. Именно музыка является проводником в мир бессознательного. Например, в Первом акте очень много Изольды и много бурного симфонического «комментария» ее внутреннего мира. И ты можешь читать это по-разному: как море, по которому она сейчас плывет, и как бушующий шторм её эмоций.

И в Вагнера нужно погружаться, словно в море, он затягивает, и самое лучшее погружение, безусловно, достигается музицированием.

 

Любовь МОРОЗОВА, музыковедка. Фото Петера ЗАМЕРА
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ