Судьба испытывает тех, кто вознамерился идти к великой цели, но сильных духом не поймает никто, они со сжатыми руками упорно и смело идут к намеченной цели.
Екатерина Билокур, украинская художница, мастер народной декоративной живописи

Под музыку Вивальди...

Классика на улице. Хорошо это? Или плохо?
5 декабря, 2003 - 00:00

Эта история произошла несколько лет назад в Киеве. Но многие выпускники консерватории (ныне Национальная музыкальная академия) до сих пор вспоминают своего уникального коллегу. А дело было вот в чем: в одном из подземных переходов каждый вечер можно было увидеть музыканта. Он стоял с альтом, как правило, не более двух часов и сосредоточенно исполнял академический репертуар. Возвращаясь с работы, люди нередко проявляли заинтересованность музыкантом и по привычке намеревались опустить в футляр мелочь. Но каждый раз, когда это происходило, альтист резко прекращал играть. Он откладывал в сторону смычок и громко, на весь переход, оглашал: я здесь играю не ради денег, просто в этом переходе очень хорошая акустика.

Вряд ли в мировой истории подобные случаи очень уж распространены. В основном, как известно, совмещается приятное с полезным, притом как для непосредственно «трубадуров», так и для города. Взять, к примеру, политику западных стран в отношении уличных музыкантов. Во-первых, там на любой вид деятельности, коим музицирование также является, необходима лицензия — в данном случае, разрешение муниципальных властей на то, что именно этот музыкант имеет право играть именно в эти часы и в этом месте. Работа при отсутствии документа — такое же нарушение общественного порядка, как и выброшенная мимо урны конфетная обертка.

Более того, на Западе традиционно устраивают фестивали уличных музыкантов, которые нередко становятся стартовой площадкой для будущей звезды большой сцены. А во Франции к этому виду искусства подходят настолько серьезно, что в рабочем порядке организовывают для уличных музыкантов жесткий кастинг. И все потому, что местные власти убеждены: туристы должны наслаждаться музыкой исключительно в качественном исполнении, так как этот показатель также сказывается на имидже страны.

Для того, чтобы отобрать лучших, во Франции периодически собирается опытное жюри. Прямо как на престижном конкурсе: прослушав участников, они определяют лауреатов. И от занятого места впоследствии зависит то, где музыкант будет играть. Скажем, если он победил — то в самом «насыщенном» туристами месте, если же его профессионализм показался экспертам сомнительным, то, увы, он может разместиться разве что где- нибудь на безлюдной окраине. К тому же, в центре города, как правило, и репертуар у музыканта должен быть особым. Классика, звучащая на улице, — своего рода примета европейского города.

Словом, говорить о Киеве в этом отношении как о европейской столице в данном случае преждевременно. Для начала, как оказалось, ни одно управление в Горадминистрации уличных музыкантов не курирует. На наивный вопрос: а почему же так? — там ответили, что забот и без того хватает. Хотя среди музыкантов, играющих в переходе на Крещатике, ходят упорные слухи, что не сегодня-завтра уличное музицирование в Киеве расценят как трудовую деятельность. А значит, лицензию покупать — и тем самым пополнять столичную казну — все-таки придется. Вопреки распространенному мнению, что такой шаг обернется митингами уличных музыкантов, сами они утверждают обратное. Музыкант с шестилетним стажем работы в переходе Александр Лапушкин утверждает, что с удовольствием бы платил до 300 гривен в месяц. «А почему нет? — удивляется он. — Это общеевропейская практика, и было бы у нас нечто подобное, музыканты бы точно знали, что его место не займут, не пришлось бы «воевать» с бабушками, торгующими семечками, и объяснять милиции, что они здесь делают».

Впрочем, вышеупомянутые издержки профессии Александра Лапушкина — аспиранта НМАУ, лауреата престижного конкурса — не касаются. За подобными сюжетами он порой лишь наблюдает. А спасает музыканта не что иное, как репертуар. Классическая музыка в баянном исполнении оказалась в украинской столице востребованной. Александр рассказывает, что у него есть постоянные слушатели, которые, единожды оценив исполнение и репертуар, приводят своих родственников и друзей. Даже когда на улице сильный мороз, рассказывает Александр, зрителей не становится меньше. Они задумчиво слушают «Времена года» Вивальди, а потом, положив деньги в футляр, благодарят музыканта за поднятое настроение. «Наверное, проблема в том, — говорит Александр — что у людей нет времени ходить на концерты классической музыки, да они практически и не рекламируются. Вот я недавно, к примеру, повесил афишу перед своим концертом в консерватории — и в результате собрался полный зал». С уважением относится к классике и милиция. Если среди исполнителей других жанров они все чаще проводят воспитательную работу, то в данном случае сами подходят и слушают.

Уличные музыканты, работающие в Киеве, говорят, что сегодня им дышать стало легче. Раньше, например, ежедневно приходилось платить «переходным властям» «за аренду» не менее 4 гривен. Бывали случаи, когда стражи порядка без лишних разговоров забирали в отделение, «мотивировав» это молчанием или чем-то вроде того, что в городе должно быть тихо. С другой стороны, «легкая жизнь» существенно расширила ряды киевских музыкантов и привлекла сюда их коллег из других городов. В результате, по идее, должна была возникнуть здоровая конкуренция, но получилось иначе. Поистине профессионалов стали вытеснять гастролеры-любители. По словам Александра Лапушкина, так как у украинцев вкус в большинстве своем не сформирован, отличить исполнение тех же рок-композиций профессионалом от фальшивых криков под гитарные аккорды мало у кого получается. В итоге спрос в основном на последнюю категорию. Тем более, что они работают с так называемыми аскерами — активистами, которые бегают со шляпой по переходу и настоятельно требуют вознаградить труд музыкантов. Пусть в данном случае они поют что-то в стиле «мама мыла раму» — тем не менее, благодаря настойчивости, получают наибольшую прибыль.

Кстати, о прибыли. Естественно, на этот нескромный вопрос обычно получаешь традиционный ответ: коммерческая тайна. Те, кто все-таки решился ее раскрыть, называют суммы от 20 до 200 гривен в день. А помимо этого, почти все киевские музыканты рассказывают одну и ту же историю. О том, как в один прекрасный день мимо проходил иностранец и, проникнувшись игрой, положил в футляр стодолларовую купюру. Выпускники Национальной музыкальной академии говорят, что действительно такие случаи бывали. А некоторые, уже «заслуженные», именно благодаря тому, что оказались в переходе в нужное время, теперь играют в оркестрах Германии, Бельгии и США.

То, что в киевских переходах можно встретить заслуженных артистов и то, что здесь нередко зажигаются звезды, — неудивительно. Музыканты говорят, что в этом случае куда больше шансов «раскрутиться», нежели бегать в поисках продюсера. Да и вообще, по мнению выпускников музыкальных вузов, этот вариант лучше, нежели продать инструмент и перечеркнуть годы, потраченные на учебу. Правда, в Украине нередко уличные музыканты ассоциируются с попрошайками. Музыканты рассказывают, что народ искренне не понимает, зачем человек вышел на улицу играть, если у него в кармане звонит «мобилка» и одет он в костюм с бабочкой. Но, как правило, говорит Александр Лапушкин, музыкантов это не угнетает. Равно как и заявления прохожих: мол, не пробовал ли ты работать. У музыкантов есть своя философия. Если ты таковым себя называешь, то должен играть для людей, а не в четырех стенах музыкального класса. Несмотря на то, что преподаватели по специальности игру своих студентов в переходах, мягко говоря, не приветствуют, последние именно там и волнуются больше всего. «Для нас уличный «зал» — самый строгий и придирчивый». И в подтверждение своих слов музыканты-профессионалы рассказывают историю одного известного норвежского скрипача. Однажды он надел мятые брюки, потертое пальто, нахлобучил истрепанную шапку и начал играть на перекрестке в Осло. Несколько прохожих, не узнав именитого скрипача, все же остановились и вслушались в игру «уличного музыканта». Одни его хвалили, другие критиковали. Кто-то из прохожих сказал: «Талант у него, пожалуй, есть, вот только техники не хватает». Впоследствии Арве Телефсен сказал: «Я волновался, как никогда, и боялся, что люди не будут останавливаться».

Оксана ОМЕЛЬЧЕНКО, фото Михаила МАРКИВА, «День»
Газета: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ