Для государства полезно, чтобы знатные люди были достойными своих предков.
Цицерон, древнеримский политический деятель, выдающийся оратор, философ и литератор

Заньковчанка примирила Товстоногова и Эфроса

Алла Бабенко собрала уникальную коллекцию автографов
10 ноября, 1996 - 20:05
ФОТО АВТОРА

Книги можно назвать хобби известного режиссера Львовского театра им. Марии Заньковецкой. А коллекция Бабенко порадует кого угодно из книжных гурманов. Здесь нет новеньких (не в смысле года издания, а в смысле вида) книг, то есть таких, которые купили, чтобы просто поставить на полку, где они будут пылиться. Алла Григорьевна имеет коллекцию автографов, причем уникальных.

Начала Бабенко показ своей коллекции с первого сборника поэзий Дмитрия Павлычко, которую поэт подарил режиссеру с таким посвящением: «Дорогой Алле Бабенко — на счастье. Дмитрий, 29 апреля 1956 года».

— Эта книга мне очень дорога как память — прежде всего тем, что Дмитрий Васильевич, по сути, устроил меня в университет, — рассказывает пани Бабенко. — Я дважды поступала на журналистику и дважды набирала проходной балл, но меня почему-то не принимали. А когда в третий раз поступала, Павлычко присутствовал на всех моих экзаменах. Я тогда сдала предметы на отлично (только устный по украинскому сдала на «4») и... снова не прошла! И тогда Дмитрий Васильевич пошел к ректору, который Павлычко на что-то «подписал», и только после этого, уже через дополнительные списки, я была зачислена. Павлычко, кстати, не только мне — многим помогал.

Дальше Алла Григорьевна показывает «Роксолану» и такой автограф: «Алле Бабенко — Али-бабе моей драматургической судьбы с искренней благодарностью. П. Загребельный. Киев. 15.02.1983.». («Я ставила его «Разгон», — вспоминает пани Алла).

«Аллочке в память тех прекрасных лет, когда мы познакомились, и в память всего хорошего, милого и теплого, что было с нами двоими в эти двадцать с лишним лет» — это уже автограф художественного руководителя Театра русской драмы им. Леси Украинки Михаила Резниковича, несколько спектаклей которого поставила Алла Григорьевна в Киеве.

«Дорогой Аллочке Бабенко за то, что она украшала собой Львов вместе с собором Бернардинцев. Собору книжка моя ни к чему, поэтому дарю Вам» — написано рукой профессора, режиссера и художника театра и кино Николая Акимова, долгое время возглавлявшего Ленинградский театр комедии. Алла Григорьевна и Николай Павлович дружили, долго переписывались, и именно он помог ей поступить в Щукинское театральное училище в Москве.

Длительное время дружила Алла Бабенко и с главным режиссером Большого драматического театра им. Горького — Георгием Товстоноговым. Среднее и старшее поколение театралов, наверное, помнят, что каждый из его спектаклей становился значительным событием культурной жизни не только Ленинграда, но и всего бывшего СССР. За билетами на премьеры Товстоногова выстраивались километровые очереди, и люди готовы были стоять сутками, чтобы попасть на спектакль. «Алле Бабенко с пожеланием навсегда сохранить свою одержимость и неистребимую любовь к театру, без которых невозможно жить в искусстве. Дружески от автора» — так в 1980 г. подписал Алле Григорьевне свою книгу «Зеркало сцены» Георгий Александрович, знакомство с которым продолжалось более 13 лет.

— Товстоногов меня ввел в свою семью, у него останавливалась, когда приезжала в Ленинград, — рассказывает А. Бабенко. — А приезжала очень часто, так как занималась в его творческой лаборатории. Общение с людьми такого ранга, и не только с ними, но и с их окружением, дает очень много в профессиональном плане. Меня и сейчас зовет в гости сестра Товстоногова, но у меня нет времени поехать.

А вот еще одно сокровище — четырехтомник Анатолия Эфроса, вышедший уже после смерти выдающегося режиссера Московского театра на Малой Бронной, а позже — Театра драмы и комедии на Таганке — его передала Алле Григорьевне жена Эфроса Наталья Крымова: «Дорогая Алла! Я Вам бесконечно благодарна не просто за память об Анатолии Васильевиче, а за действенную помощь тому, что осталось мне как долг — очень тяжелый, почти непереносимый. Январь 1994 года. Москва». «Это госпожа Наталья благодарит за то, — объясняет Алла Григорьевна, — что мы с Романом Виктюком в свое время записали репетиции Эфроса, вышедшие отдельным изданием в Москве».

Показывает Бабенко и книгу Станислава Рассадина «История актеров моего поколения», которую ей подарил Михаил Козаков: «Дорогая Аллочка! Сорок лет назад, страшно подумать, здесь, во Львове, мы встретились, и вот теперь опять. Дай-то нам Бог еще и еще. Целую и люблю». Этот презент режиссер получила в 1997 году, когда известный русский актер и режиссер привозил во Львов антрепризный спектакль.

А последняя, самая свежая книга с автографом — Доналд Рейфилд «Жизнь Антон Чехова». Ее Алле Григорьевне передал из Москвы Роман Виктюк: «Соученице по школе Анатолия Эфроса. Верной ученице от любящего ее Виктюка».

— Эта книга скандальная, — говорит А. Бабенко. — В ней Антон Павлович Чехов представлен таким, каким мы его не знаем (скряга, сквернослов, даже пошляк), а поэтому я ее никому не даю читать.

— Алла Григорьевна, а какой из автографов больше всего пришелся вам по душе и сердцу?

— Товстоногова! Потому что Георгий Александрович больше всего научил меня в профессии. Хотя я не его ученица, я училась у Эфроса. И очень рада тому, что словно примирила под своей крышей двух великих режиссеров, которые при жизни ненавидели друг друга. А еще могу гордиться, что в моей библиотеке есть книга, которой ни у кого нет, — «Тарас Григорьевич Шевченко» издания 1940 года! Ее подарили моей старшей сестре Зине после окончания 8-го класса. Здесь собраны произведения Кобзаря, которые потом долго не печатались...

Татьяна КОЗЫРЕВА, «День» Львов
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ