Чужими глазами
продолжает смотреть в мир большая часть украинского общества
Поток информации, которая не останавливаясь поступает к нам через средства массовой информации, только на первый взгляд выглядит объективным. Информация всегда была, есть и будет мощным средством влияния на общественное сознание, однако пользоваться этим средством под силу далеко не каждому.
Что-то похожее на полную свободу информации просуществовало на нашей территории очень короткий промежуток времени. С 1987 по 1990 год мы в основном наблюдали, как это делается в Москве. Потом попробовали и себе. Что- то начало получаться, но впоследствии процесс остановился и пошел в обратном направлении. Оказалось, что свобода информации — это огромный кусок работы. Работы круглосуточной, изнурительной, затратной. Привыкнув за десятки лет повторять сообщения ТАСС, добавляя туда никому не нужные «вести с полей», отечественные информагентства и телеканалы, радиостанции и газеты вдруг получили возможность все делать по своему усмотрению. Был определенный энтузиазм, определенная эйфория от того, что можно появиться на телеэкране или в радиоэфире и говорить все, что хочешь. Или писать в газете. Энтузиазма хватило ненадолго. Вспоминаю свою давнюю беседу с одним из руководителей отечественного телевидения начала девяностых. Он страшно жаловался, что его бросили «на амбразуру», заставив «забивать» десяток с лишним дополнительных эфирных часов, для чего не было ни людей, ни аппаратуры, ни средств. Вот и крутили ежедневно одно и то же — вышиванки и шаровары. Во всяком случае, упреков в непатриотичности избежали.
Как видим, даже в критические для нашего информпространства дни его руководители умудряются сохранить лояльность генеральному курсу, пусть и во вред качеству. Безусловно, воспроизвести такую структуру информационных служб, которую имела в то время Москва, было тогда нереально. И вряд ли нужны и сейчас украинские корреспонденты во всех уголках планеты. До сих пор это выглядит только как демонстрация журналистами самих себя на фоне Вашингтона, Парижа или Лондона. А попытки сделать что-то похожее на репортаж с «горячих точек» уж слишком напоминают солдатское письмо: пишу, мол, из горящего танка. Во времена Интернета и мобильной связи совсем не обязательно ехать за тридевять земель, чтобы заснять на телекамеру план, который и так сутками «висит» на информационных сайтах. Достаточно только оперативно собрать информацию из различных источников, обработать ее и подать в эфир. С комментариями, а можно и без них. Просто и дешево. Одна проблема — работать надо.
Действительно — берешь сообщение какого-нибудь Рейтерса или Си-Эн-Эн, сопоставляешь его с сообщением, скажем, афганского информагентства, если событие происходит в Афганистане, и материал для подготовки новости есть. Остается только сбить информацию вместе — и объективная картинка события готова. Тридцать секунд в эфире или двадцать строк в газете. И кто все это будет делать сутками? Пусть глупые американцы себе головы сушат день и ночь. Мы с ними только водку на фуршетах хорошо умеем пить и гранты выпрашивать. А возиться с этой информацией за копейки? Кому это нужно, кто это оценит? Не проще ли взять сообщения русского информагентства или телеканала и поставить себе в новости? Ни переводить не нужно, ни анализировать. Все глупые москали за нас уже сделали. Так и работаем.
Что в результате? В последние дни в отечественных СМИ прокатилась волна сообщений о том, что на территории оккупированного Ирака идет партизанская война и что для США война в Ираке может стать тем самым, чем для СССР была война в Афганистане. При первом же прослушивании такого комментария замечаешь длинные уши российской пропаганды. Россию можно понять. Она уже неизвестно сколько лет пытается укротить непокорных мусульман от Таджикистана до Чечни, посылая ради этого на смерть все новых и новых новобранцев. Результат — постоянные теракты с человеческими жертвами на территории самой России от Москвы до Дагестана. Как хочется поставить себя в один ряд с могущественными США, показав, что и у них те же проблемы. И показывают, хотя не очень убедительно.
Сравнивать военные операции США с операциями России — все равно, что сравнивать зарплаты рядовых солдат этих стран. Американцы испокон веков превыше всего ставят жизнь и здоровье своих граждан. Никогда в истории американская армия не рисковала зря своими военными.
И то, что у нас принято показывать как отсутствие у американцев героизма, является на самом деле нежеланием рисковать жизнью людей без крайней на то необходимости. Разве это плохо? Понимаю, что нас учили другому. Наш солдат должен преодолеть все и быть готовым отдать жизнь в любое мгновение. Американец, который идет на возможную смерть, хорошо знает, что его родные будут обеспечены государством на всю жизнь. Вот вам и экономический интерес. Если бы армия США во Второй мировой войне бросала своих солдат в атаку так, как это делала Красная Армия сталинского СССР, то экономика Штатов просто бы не выдержала груза выплаты пенсий вдовам. Это вам не медальки раздать тем, кто выжил, удобно пересажав несколько сотен тысяч «победителей» по сибирским лагерям, чтобы навсегда забыли встречи с американскими военными.
Мой отец в 1945-м служил в Австрии, водил военный грузовик. Еще тогда, почти шестьдесят лет назад, его американские коллеги в случае чего вызывали по рации техническую помощь, даже и не думая самим лезть под машину. Положение не изменилось и сегодня. Если для американцев жизнь и здоровье солдата превыше всего, то что превыше всего для нас — неизвестно. Чтобы военные действия стали более понятными и близкими для всех, Соединенные Штаты ввели в практику человечества войну в прямом эфире. Начиная с атак на режим Милошевича в Югославии, все человечество могло видеть это собственными глазами. Телекамеры Си- Эн-Эн сутками фиксировали и передавали в эфир ход военной операции, американские матери собственными глазами видели, где и чем занимаются их сыновья-солдаты. То же именно происходит в Ираке. Каждый шаг войск Альянса отслеживается СМИ, каждый инцидент сразу же передается по всемирной информационной сети.
Можно ли сравнить это с Афганистаном, когда первые шесть лет конфликта руководство СССР вообще отрицало сам факт войны? Или с Чечней, где сквозь информационную блокаду пробивается только небольшая часть подробностей о реальном состояния дел. Когда как следует взорвется — тогда сообщат.
Мировая военная политика пошла двумя путями. Одни вкладывают в армию колоссальные средства, вооружают ее самым современным оружием, чтобы обеспечить проведение военных операций с минимальным риском для жизни своих солдат. Другие мало чем отличаются от террористов, действуя приблизительно такими же методами, скрывая истинную картину событий и число жертв. Сами понимаете, о ком идет речь. Есть ли в наших новостях хотя бы попытка анализа положения, попытка сопоставить реальные факты? К сожалению, мы располагаем по большей части пересказом российской версии международных событий. Иногда украинские редакторы даже забывают заменить в российской информации слово «наши» и получается, что мы уже часть России. Информационно так оно и есть. В условиях, когда большинство населения из иностранных языков понимает только русский, свобода смотреть иностранные, то есть западные телеканалы, остается абстракцией, которая ни на что не влияет.
Хорошо продуманная и акцентированная информационная политика России находит в Украине хорошую почву на фоне или непонимания, или нежелания нашей власти осознать это. Сегодня Украина воспринимает мир через кривое зеркало, при этом формируя таки свое, а не иностранное мировоззрение. Некий мутный коктейль из иностранных в основном ингредиентов. Украинцы все равно никогда не будут воспринимать действительность так, как россияне, на свой манер переиначивая чужие стереотипы. Формировать же собственную информационную политику, что нелегко и материально дорого, никто в Украине не берется. Потому что это же не для себя, а для всех.
Когда же у нашей власти возникает потребность донести к широким слоям населения информацию о важных политических или экономических инициативах, эта информация теряется среди массы сообщений, которые имеют совсем другую цель. Отсюда у значительной части украинцев искаженное восприятие действительности, недоверие к отечественным СМИ, способность верить слухам и поддаваться панике.
Не содействует становлению собственной информационной политики и политическая ситуация. Часть украинских политиков уже давно «работает» с избирателями через московские газеты и телеканалы. Что дает приблизительно столько же эффекта, сколько привлечение московских «политтехнологов», которые в прошлом году «помогли» отдельным политикам проиграть выборы. Вместо формирования национальной информационной идеологии нас ожидает жесткая борьба за инфомресурс в узких предвыборных интересах. Когда господствующим станет интерес государственный?
Выпуск газеты №:
№139, (2003)Section
Панорама «Дня»